Дмитрий Билик

Как говорится, иная родня только до чёрного дня.

Есть люди-твари, которые, если исчезнут, то всем легче станет: дети-наркоманы, уже не вызывающие у родителей слезы, потому что те все проплакали; отцы-пьяницы, бьющие при каждом удобном и неудобном случае своих чад и заставляющих вздрагивать от звука собственного голоса; матери-садистки, которых когда-то давно недолюбили, и теперь они сосут чужие жизни, как вампиры кровь. А есть люди-тли. Пропадут они, и… ничего. Но разве что запах плохой будет, а потом и выветрится.

— ... Но ты ещё танка нашего не видела. Тот ещё Карлсон. — Варенье любит? — Нет, в полном расцвете сил. Я нажал на новую татуировку, и она засветилась в ответ. Вскоре по многочисленной ругани и возмущенным крикам стало ясно — к нам пробирается Горилла. Что называется, сначала появился авторитет, а потом уже его обладатель. — Альгидрид твою валентность через медный купорос, вот это девка, — искренне восхитился Игорь моей спутницей, от чего в груди кольнула змея ревности. — Причем настоящая, не рисованная. Игорь... — Света, — засмеялась и подала ему руку зазноба души моей.

...назвался груздем, лечись дальше.