Марк Гуггенхайм

— Воля божья. — Именно так. — Нашего Бога. Твоего и моего. — Правильно. — И Бог жесток. — Совершенно верно. — Знаешь, для ребёнка у тебя очень уж жестокие принципы.

В наши дни, дети не любят историй, начинающихся словами: «Когда я был молодым».

Знаешь, в чем моя беда? Если мне дать возможность подумать, я ею обязательно воспользуюсь.

Дэвид посмотрел на Джонни, и взгляд этот живо напомнил ему Тэрри. Именно такими взглядами она сводила его с ума. «Ты знаешь о чём я говорю», читалось в этом взгляде. «Ты это точно знаешь, так что не отнимай у меня время, прикидываясь круглым дураком».

Мы как персонажи третьесортного фильма, подумала Синтия. Остаёмся там, откуда надо уходить. Лезем туда, где нам делать нечего.

Если человек говорит: «Я тебя слышу» — значит, он пропускает всё мимо ушей.

Преподобный Мартин раз за разом втолковывал Дэвиду этот, наверное, самый важный постулат: здравомыслящие мужчины и женщины в Бога не верят. Приговор этот окончательный и обжалованию не подлежит. Об этом не скажешь с амвона, потому что паства выгонит тебя из города, но это чистая правда. Бога заботит не здравый смысл, Богу нужны Вера и доверие. Бог говорит: «Не бойтесь, уберите страховочную сетку. А когда сетка убрана, выбросьте и сам канат».

Убить человека не так то просто, он не раз видел это во Вьетнаме. <...> Люди обычно умирали трудно. Вызывая ужас у тех, кто стоял рядом.

У меня есть недостатки, но глупость в их число не входит.

Есть врата и у нас в головах. Такие, что удерживают во всех нас безумие, чтобы оно не охватило разум.

Я думаю, у нас в сознании тоже стоят какие-то врата. Они не дают безумию прорваться и затопить наш мозг. В нужный момент они распахиваются, и тогда какое только дерьмо в них не пролетает!

Забавно, что на поведении, которое мы считаем психически нестабильным, на самом деле держится весь наш мир.

Добро пожаловать в Безнадегу! В городок, где на дорожном указателе распята убитая кошка... В городок, где уличное движение регулирует маньяк — убийца... В городок, где безраздельно правят силы Зла и оживают самые невероятные человеческие страхи... В тихий городок, где смерть подстерегает на каждом шагу...

Совесть — единственный цензор, средоточие моральных норм, но в действительности совесть отделена от самого человека, чтобы предлагать оптимальные решения в ситуациях, осознать которые тот бессилен.

Трудности? Ещё нет...но они могут возникнуть, если вовремя не принять меры.

Бог есть, но кто вам сказал, что он добрый.

Вы можете вытащить парня из адского огня, но вам не вырвать адский огонь из парня.

Молитвы — это прекрасно. Без них никогда никогда не изобрели бы тиски для пальцев и «испанский сапог».

Здравомыслящие мужчины и женщины в Бога не верят. Приговор этот окончательный и обжалованию не подлежит.

Рациональное мышление — символ столетия. Ура!

Когда человек перестает меняться, перестает чувствовать, перестает любить... он умирает...

— Я могу тебя излечить, вернуть здоровье, сохранить жизнь. — А тебе по силам обеспечить мне Нобелевскую премию по литературе?

Ты знаешь, как жесток твой Бог, Дэвид? Как фантастически жесток? Иногда Он заставляет нас жить...

Собственно, отсосать — стандартное сексуальное требование в ситуациях, где власть определяется законами, отличными от тех, по которым живет цивилизованное общество.

— Бог — отвратительный собеседник. В этом сомнений быть не может, но Он оставил нам подробную инструкцию. Думаю, тебе стоит обратиться к ней. — Простите? — Я про Библию.