Михаил Коцюбинский

А люди идут. За одним другой и третий, и так без конца. Враги и друзья, близкие и посторонние — и все кричат в мои уши криком своей жизни или своей смерти, и все оставляют на душе моей следы своих подошв. Закрою уши, запру свою душу и буду кричать: здесь вход не свободный!

Поздно я возвращался домой. Приходил обвеянный духом полей, свежий, как дикий цветок. В складках своей одежды приносил запах полей, как ветхозаветный Исав. Спокойный, одинокий, садился где-то на крыльце пустого дома и смотрел, как строилась ночь.