Солярис (Solaris)

Крис, не вини в этом Гордон. Она не при чём. Я сама попросила её это сделать. Так будет лучше. Я нашла свою предсмертную записку. Я пересмотрела твои вещи, там была страница, вырванная из сборника поэм, и тогда я поняла, что я это не она. Я не Рэя, хотя я знаю, что ты думаешь иначе. Ещё я знаю, что я не вернусь. Но я люблю тебя. Жаль, что мы не можем жить вечно в объятиях этого чувства. Но, может быть, есть такое место, где это возможно и не на этом корабле. Это всё, что я хотела сказать.

И смерть не должна нас поглотить. Мертвецы не носят одежду, она им не нужна. Человек становится ветром и летит на луну, а его кости рассыпаются и разносятся ветром. Тогда можно будет пройтись по звёздам, признавая сумасшедшего святым. Но если прах мёртвых попадёт в море – они оживут. Влюблённые потеряют друг друга, но их любовь не исчезнет. И смерть не сможет нас поглотить.

– Мы больше никогда не сможем жить на Земле вместе, Крис. И ты это знаешь. Такое будет невозможно. А это, ну что это за жизнь такая? На самом деле это даже не жизнь. Не знаю, как это вообще можно назвать. – Но ты существуешь. И мне этого достаточно.

– Ты до сих пор считаешь, что человек был создан Богом? Это всё касается всех нас. Даже мир, в котором мы живём, — это мир человека. Он изобретает, создаёт. – Нет, я говорю о высшей форме разума. – Нет-нет. Давай остановимся на этом. Ты опять приписываешь человеку высшие качества. Ты описываешь характеристики человека, будто бы они и не человеческие. Вы согласны? – Конечно. – Хорошо, что мы поняли друг друга. Нужно признать, что нам нужно время, чтобы узнать Вселенную. Наше существование неизбежность, и в этом нет никакой тайны, как и существование деревьев или акул. Существуют математические теории, вот и всё. – А как можно объяснить принцип, что из всех созданий на Земле только мы можем размышлять о жизни и смерти? – Этого нельзя объяснить. Это происходит само по себе. – Тогда, может быть, стоит на это поглядеть с точки зрения религии? – Не стоит так углубляться.

– Я каждый раз слышу, как ты отшучиваешься. – Да я знаю, знаю. Прости меня, для меня это очень не легко. Так что… – Может, я делаю что-нибудь не так? – Нет. Нет-нет-нет. Ты здесь ни при чём. Просто, понимаешь… – Если ты всё время будешь отказывать, то через двадцать лет я тебя уже не буду об этом просить. – А что, я буду уже старой?

– Здрасьте. – Я уже это испытал. – Да, я знаю… Ты всё ещё над этим работаешь. – А где твой посетитель? – Я не знаю. Он куда-то исчез. – А кто к тебе приходил? – Мой брат… А кто была она? – Моя жена. – Она погибла?... Я видел её имя. – Она вернётся? – А ты хочешь, чтобы вернулась?

– Чёрт возьми… Я не сплю? – Да. – Как ты сюда попала? Как ты здесь оказалась? – В каком смысле? – Где, по-твоему, ты находишься? Как ты думаешь, где ты сейчас? – Дома. – И где этот дом? – Там, где мы вместе с тобой живём. – А ты помнишь, чтобы мы когда-нибудь были вместе? Ты хоть помнишь, где мы бывали вместе? – У нас в квартире. – Опиши её. – В ней темно. Очень-очень темно. На стенах нет никаких картин, нигде нет никаких фотографий. Даже на холодильнике их нет. Сначала это казалось немного странным. – А ты помнишь, где мы впервые увидели друг друга? – Когда ехали в поезде?... Крис… Я так рада тебя видеть… Я очень тебя люблю… А ты меня больше не любишь? – Мне надо проверить, что с командой. – Нет! Не надо! Не бросай меня, не уходи! – Почему? Почему?... Почему? – Не знаю. Я не знаю. – Всё хорошо, всё хорошо. – Почему ты сидишь там? Можно я сяду рядом с тобой?

Человеку нужен человек.

– Разве ты не понимаешь, я пришла к тебе из твоей памяти. В том-то всё и дело. Я не настоящий человек и ты сам управляешь мной из своей памяти. Так что если ты думаешь, что что-то неправильно, то я заранее знаю, что мне делать. Я покончила с собой, поэтому ты и помнишь меня. И мой голос так звучит, потому, что ты его тоже помнишь. – Я не верю, что всё наше прошлое было заранее предопределено. По-моему, мы можем выбирать, как нам жить. В тот день, когда я ушёл и ты сказала, что не сделаешь этого, я не слышал тебя потому, что был злой. Теперь у меня есть шанс исправить свою ошибку и ты должна мне в этом помочь. – Но я на самом деле не Рэя. – Я ничего не хочу знать. Я просто вижу тебя и всё.

– Не включай свет… Ты думаешь, я в твоём воображении? – Но ты не Гибарян. – Нет. Но всё равно я здесь. – Ты вроде куклы. – А ты разве нет? А, может, ты для меня кукла, как и все куклы, которые думают, что они люди. И вам просто кажется, что вы люди. – Почему ты покончил с собой? – Я решил, что моё время пришло. Я не думаю, что я ошибся. – А как же твой сын? – Это не мой сын. Мой сын на Земле. Как и твоя жена. Они остались на Земле. – Ты не забыл, что Солярису от нас нужно? – А почему ты думаешь, что он от нас чего-то хочет? Тебе лучше улететь отсюда. Если ты продолжаешь думать, что всему этому есть какое-то решение, значит ты погибнешь. – Я не могу её бросить. Я сам разберусь. – Ты понимаешь, что я пытаюсь тебе сказать? Ты не найдёшь ответов на свои вопросы. Никогда.

– Почему ты убил себя? – Тогда это казалось мне хорошей идеей. Теперь я понял, что ошибался.

– Кельвин, вы делаете ошибку, поддаваясь эмоциональному воздействию одного из них. Ею управляют и если бы она была страшной, вы бы не подпустили её к себе. Но она не страшная. Она всего лишь отражение вашего разума и вы её создаёте. – Но она живая. – Она не человек, постарайтесь это понять. – А как же ваши посетители? Вы их тоже готовы уничтожить без всяких колебаний. Кто они? Где они? Они чувствуют? К ним можно прикоснуться? Они разговаривают? – Мы попали в ситуацию, находящуюся за пределами морали. И всё-таки ваша жена мертва. – Откуда вы знаете? И вы можете с такой уверенностью утверждать то, чего не знаете? – Она копия, она просто подобие. И пытается здесь всё уничтожить. Вы просто больны. Мы ни в коем случае не возьмём её с собой.