Цитаты на тему «ужас»

Тот, кто преуспел во всем остальном, но несовершенен в любви, поистине ужасен — подобен драгоценной чаше без дна.

Никогда со смехом ужас не совместен.

С ужасным мой жестокий разум свыкся и глух к нему.

Страх парализовал меня. Лишь испытав такой ужас сам, человек способен понять, что это такое.

Наверное, было бы ошибочным полагать, что существует некий предел ужаса, который способен испытать человек. Наоборот, создаётся стойкое впечатление, что кошмар нарастает в геометрической прогрессии, когда тьма всё сгущается, ужасы множатся, одно несчастье влечёт за собой другое, ещё более страшное и безысходное, пока тебе не начинает казаться, что весь мир погрузился во мрак. И, может быть, самый страшный вопрос в данном случае таков: сколько ужаса может выдержать человеческий рассудок, оставаясь при этом здоровым и твёрдым? Понятно, что в самых ужасных событиях есть своя доля абсурда в стиле Руба Голдберга. В какой-то момент всё начинает казаться смешным. Видимо, это и есть та поворотная точка, когда чувство юмора принимается восстанавливать свои позиции.

Новый безымянный ужас подкрадывается в темноту, её внешний вид часто посещает меня после того, как только беглый взгляд увидит её изможденный силуэт. Витая и рваная невыразимыми способами, серовато-мёртвая кожа растянулась над её истощённым телом. Я видел, что её рука была отвратительно заращена уродством, и это выглядело, как будто эти когти могли разорвать себе путь через плоть и кости. Я чувствую, как будто её присутствие говорит о бесконечных пытках.

Ужас овладеет заблудшими, и они разнесут ложную весть о моём прибытии.

С горы Макалага, где находились виллы командного состава, было отлично видно происходившее. Адмирал Киммель со двора своей виллы наблюдал за началом японского нападения. Жена адмирала Блоха, стоявшая рядом с ним, заметила: «Похоже, что они накрыли «Оклахому»!» — «Сам вижу», — огрызнулся флотоводец. <...> В 8.10 Киммель был на своем командном пункте, откуда оказалось несравненно удобнее наблюдать за разгромом флота и отдавать команды. Он потребовал, чтобы командный состав рассредоточился. Два адмирала, глазевшие на происходившее через одно окно, разошлись в разные концы здания. В 8.17 Киммель отдал приказ второй эскадрилье патрульной авиации: «Найти врага!» Приказ, конечно, был невыполним в обстановке, царившей на командном пункте, — по словам штабного офицера, «паники не было, царил упорядоченный ужас».

... Ужас перед неизвестным. Горе тому, кто не сумеет сразу побороть этот ужас: слепые инстинкты гасят тогда мысль, парализуют волю, самообладание.

Ктулху зовет тебя, Ктулху зовет меня! Лишь идиот не поймет, что Ктулху зовет! Это нужно стране, нужно тебе и мне, Это полный успех: Ктулху зохаваит всех! Установка Windows Vista в песню не добавит смысла, Ни Men's Health, ни новый гаджет, верный путь нам не подскажут, Где сарказм и зубоскальство? Видно ты своим начальством, думать не уполномочен, Но одно мы знаем точно...

Прячешь под подушкой мишку, прочитал свою сберкнижку, Календарь повесил лунный, — Ты наверно очень умный.?! Эй, чувак, пока не поздно, поделись кусочком мозга, Он теперь тебе не нужен, потому что, слушай. Слушай! Мы таких видали пугал, Сотона забился в угол, Он боится больше Ктулху, лишь одну Собчак Ксюху... Отправляй, пока не помер, мессадж на короткий номер, Средь яиц и желтых полос, неизменно слышен голос:

Все увидят нашу мощь! Весь мир содрогнётся от ужаса!

Настоящий ужас — это когда видишь что-то знакомое, но настолько измененное, что едва его узнаешь.

— Если представлять всякие ужасы, в твоих глазах всё так и будет. — Не нужно представлять ужасы, если ты уже их увидел.

Жаль, что некоторые вещи нельзя «развидеть».

Тоска и ужас — реакция на вечность. Печаль и страх обращены вниз. Тоска и ужас — к небу.

Тиски ужаса ощущаются почти физически; иногда они слабеют, но никогда не отпускают совсем.

Настоящий ужас должен быть вкрадчивым, загадочным, он подкрадывается бесшумно, на цыпочках, заползает в души незаметно, туманит разум. Тайное злодеяние действует сильнее публичной казни.

... как это часто бывает, сквозь немой вопль ужаса в душе пробивался тихий шепоток, принадлежащий инстинкту самосохранения.

Пришел Федот домой — жутче смерти самой! Бел как мел, лицом занемел. Сел у окна — в глазах пелена. Кинулась Маня, а он — ноль внимания!... Будешь в печали, коли смерть за плечами!..