Джейк Ламотта

Я, конечно, не Оливье, я просто гладиатор. Но если бы Лоренс попал на ринг, сразу признал бы старик. Что бокс не спорт, а настоящий театр. Значит бешеный бык на сцене по праву. Буянить могу соответственно нраву. Я предпочту это делать стихами, а не размахивая кулаками. Ведь все это зрелище.

— Вы что, охренели там, скоты! — Что? — Что у вас там, скоты? — Сукин сын обозвал меня скотом. Эй ты, я доберусь до твоей собаки и сожру её на обед. Ты слышал? — Психованные скоты! — Кто скот? — Ты скот! — Твоя мама скотина, сукин ты сын. Завтра найдешь свою собаку дохлой на лестнице!

Я помню гром аплодисментов, Они в ушах моих звучат. О сколько памятных моментов вижу ясно, как сейчас. На ринг однажды выбегаю, Всё хорошо, халат снимаю. О боже! Вот удар судьбы! Я ведь трусы надеюсь взять забыл. Я помню все нокдаун, все апперкоты, хуки. Вся слава чемпионская не стоит этой муки. Чего я на ринге не знал, так это скуки... Вот потому мне милее признание мира, Когда со сцены я читаю слова Шекспира: «Быть иль не быть? Вот в чем вопрос?» Особенно, когда сломаю нос.