Джуд Дуарте

Мне, плохо знавшей, что такое власть, нужно быть осторожной в отношении этого чувства. Власть ударяет в голову слишком быстро, как фейрийское вино.

Они кружатся в танце, распевают свои песни, пьют золотистое вино, отгадывают загадки и сыплют проклятиями, а я смотрю на них с высоты королевского трона. Они прекрасны и ужасны, они могут презирать меня как смертную, насмехаться надо мной, но здесь, наверху, – я, а не они.

— Власть означает возможность получить, что пожелаешь. Власть означает возможность стать тем, кто принимает решения. А как мы получаем власть? – Мы учимся хорошо драться?  – Мы получаем власть, забирая ее.

Фехтование – те же шахматы. Предугадать ход противника и выставить блок, прежде чем тебя достанет сталь. Но в эти шахматы играют всем телом. После такой партии остаются синяки, усталость, недовольство всем миром и собой.

Я лгала, предавала и достигла триумфа.

Никто из нас не знает цену, но всем нам придется заплатить.

Тот, кто контролирует корону, контролирует королевство.

Решительный — вот какой я должна быть. Будто это мой дворец. Будто я генеральская дочь. Будто я действительно сумею с этим справиться.

Странная вещь — амбиции. Их можно подхватить, как лихорадку, но избавиться от них непросто.

После сегодняшней церемонии я буду королевской шпионкой и членом его двора. Я буду лгать его врагам и, если не сработает, найду способ сделать кое-что похуже. А если и он встанет на моем пути, я справлюсь и с ним.

Я пойду до конца, пока будет, куда идти.

— Мне нужно только одно — уметь побеждать врагов. Вот и все. — А разве у тебя много врагов? — Не много. Но они высокого качества.

Нам всем хочется глупостей, и это еще не значит, что мы должны их совершать.

Я не буду бояться их неодобрения, его или принца Дайна. Если нельзя стать лучше их, стану намного хуже.

Вместо того чтобы бояться, я могла бы стать той, которую боятся.

С принцессами всегда случается что-то плохое. Их колют тернии, их травят яблоками и выдают замуж за собственных отцов. Им отсекают руки, а их братьев превращают в лебедей, возлюбленных рубят на куски и сажают в горшки с базиликом. Их рвет брильянтами, а когда они идут, то как будто ступают по лезвиям ножей. И все же они ухитряются выглядеть милыми и прекрасными.

Наши обещания не важны. Чести от нас никто не ждет. Все знают, что мы лжем.

Фейри не верят в словесные благодарности. Они верят в долги и сделки.

Оставаясь незаметным, ты имеешь немалые преимущества.

Каждый день, когда я не прошу у Кардана прощения за им же начатую ссору, можно считать моей победой. Он может унижать меня, но каждый раз, когда он делает это, а я не отступаю, его сила убывает. Как-никак он бросает все, что у него есть, на обычную девчонку, и из этого ничего не выходит. Рано или поздно он отступится.

— Хочу увидеть тебя ещё. — Почему? — Потому что ты, как история, которая еще не случилась и частью которой я хочу быть. Потому что хочу видеть, что ты будешь делать.

Жизнь — наша единственная реальная вещь. Наша единственная монета. На нее мы можем купить что хотим.

Ты не отделаешься от меня. Я и дальше буду бросать тебе вызов и позорить своей дерзостью и непокорством. Ты постоянно напоминаешь мне, что я простая смертная, а ты — принц Фейри. Ладно, позволь напомнить, что это значит: ты можешь потерять многое, а мне терять нечего. В конце концов ты можешь победить, можешь околдовывать меня, делать мне больно и унижать, но я позабочусь о том, чтобы ты потерял все, что я смогу отнять у тебя. Это я тебе обещаю, и это меньшее из того, что я могу сделать.