Роберт Кинкейд

— Расскажите о самом интересном месте, в котором побывали. — Интереснее всего на свете — в Африке. Там другой мир. И не просто культура, люди... Конечно, и они тоже, но там и воздух другой, другие цвета от рассвета до ночи... и всё какое-то очень земное. Соседство людей и зверей друг с другом. Кто выживет, а кто нет? И никто никого не судит, не навязывает мораль. Там просто живут. И это великолепно. Таких мест больше нет, это просто рай для наблюдателя.

Если долго занимаешься журналистикой, то запрещаешь себе выдумывать.

— Вы любите свою работу? — Да, я просто одержим ею. — Почему? Как, по-вашему? — Не знаю, вряд ли у страсти есть мотивы. На то она и страсть.

Большинство людей боится перемен, но ведь, если подумать, это то, в чем можно быть уверенным, хоть какое-то утешение.

... после того, как солнце сядет, наступает момент, когда цвет и освещение делаются удивительно красивыми. Этот эффект длится всего несколько секунд, когда солнце только что ушло за горизонт, но его лучи как бы рикошетом продолжают освещать землю.

Странная штука — дорога. Не ведая ни о чём, я брёл себе и брёл в тот августовский день и вдруг поднял глаза, — а ты уже шла по траве навстречу. Оглядываясь назад, я понимаю, что произошло неизбежное, я называю это высочайшей вероятностью невероятного, а если попросту, иначе и быть не могло.

... я отношусь к своей работе как творец. В этом и состоит разница между любителем и профессионалом. Когда выйдут фотографии моста, на них будет вовсе не то, что вы думаете. То есть я именно создаю картину: меняю объективы, веду съёмку с разных ракурсов, <...> чтобы выразить на фотографии собственное видение предмета или пейзажа. Я не воспринимаю вещи такими, какие они есть, а стараюсь найти их суть. И вкладываю в эту работу душу. Пытаюсь найти скрытую поэзию образа.

Просто благодарен судьбе за то, что по крайней мере я встретил тебя. Ведь мы могли пролететь друг мимо друга, как две пылинки во Вселенной.

Сейчас мне совершенно ясно, что я давно уже шел к тебе — а ты ко мне, хотя мы и не подозревали о существовании друг друга. Какая-то бездумная уверенность, скрытая глубоко под нашим неведением, и привела нас друг к другу. Как две одиноких птицы, мы парили над великой равниной, подчиняясь некоему небесному расчету, и все годы, прожитые нами, нужны были для того, чтобы мы наконец встретились.

В том океане двойственности, в котором мы живем, такого рода определенность приходит только раз, и никогда больше не повторяется, сколько бы жизней мы не прожили.

Прежние мечты были прекрасны. Они не сбылись, но я рад, что они у меня были.

Тест IQ непригоден для оценки способностей людей, потому что он не принимает в расчет магию, а она очень важна как сама по себе, так и в качестве дополнения к логике.