Свирид Петрович Голохвостый

Бонжур вам в вашей хате!

— Я снова спрашиваю вас, Проня Прокоповна, какое-такое понятие вы про меня держите? — Что вы про это допытываетесь? Мене конфузно. Я же барышня.

У меня в голове такой водевиль, аж мерси!

— А пуговицы какие!.. — Пуговицы немецкие. — [хором] А материя!.. — Материя шотландская. — А может, шарлатанская?

— Что с вас взять? Мужичьё необразованное! — Эх, придётся тебя образовать...

Я люблю с образованными людьми впроходку ходить. Ноги человеку, видите, для того и даны, чтоб бить ими землю, потому они и растут не из головы.

Теперь у нас есть деньги и будет краля-Галя!

— Свиря, ну Пронька ж такая поганая! — Как жаба!... А я куплю себе хорошего мыла и буду отмывать после неё губы! А сбоку заведу себе такое монпансье, только держись! Как увидел — и влюблён!

Я вам не как-либо что, а что-либо как!

В неби канареечка литае И спивае прямо в горизонт, А мы пидем выпьем, погуляем — В цьому всэ життя и весь наш резон. Нас чекають барышни-коханки, Жисть така, шо просто мармелад, Так заграй, заграй же нам, гитарка, На вэсэлый дуже, на очень лад! Моя мама сэрцэ добрэ мае И папаша мають магазин, И воны меня не обижають, Бо одын у ных я шикарный сын!

Теперь я стал богатый, Но мало денежки иметь — В наш век короткуватый Потратить треба их уметь. Куплю я дом, куплю я дачу, И магазин, и экипаж — Какая Галя не захочет Со мною совершить вояж! Теперь я стал богатый, Но мало грошики иметь — В наш век короткуватый Проциндрить треба их уметь. В душе моей, насквозь видкрытой, Восторг розцвив, наче цветок — Прощай цилюрня, гостра бритва, Прощай навики помазок!

Тут у меня внутри, Проня Прокоповна, завёлся к вам такой стремительный карамболь!

Главное у человека не деньги, а, натурально, хформа! Учёность! Потому, ежели человек учёный, так ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.

Когда человек не такой, как вообще, потому один такой, а другой такой, и ум у него не для танцевания, а для устройства себя, для развязки свого существования, для сведения обхождения, и когда такой человек, ежели он вчёный, поднимется умом своим за тучи и там умом своим становится ещё выше Лаврской колокольни, и когда он студова глянет вниз, на людей, так они ему покажутся такие махонькие-махонькие, всё равно как мыши... пардон, как крисы... Потому что это же Человек! А тот, который он, это он, он тоже человек, невчёный, но... зачем же?! Это ж ведь очень и очень! Да! Да! Но нет!