Вильгельм ван Астрея

— С моей стороны, это может показаться грубым, но я должен сказать. Сражайся. И, если даже тебя переполняет сожаление, и раскаяние, ты должен сражаться; защищая кого-то, борясь, ради кого-то. Не смей отступать. Сражайся до самого конца. Не сдавайся ни на минуту, ни на секунду, ни на мгновение. С жадностью вгрызайся в победу, если можешь ещё стоять, и пальцы ещё двигаются; если ещё остались зубы... Стой и сражайся! Ты должен. — Хотите, чтобы я стал сильнее? — Нет. Я хочу, чтобы ты БЫЛ сильным.

— Я победил, и как проигравший мечник ты более не должна держать меч. — Но кто если не я, скажи? — Твои причины сражаться станут моими, и ты сама станешь моей причиной сражаться. — Скажи, тебе нравятся цветы? — Я их больше не ненавижу. — Зачем тебе меч? — Чтобы защитить тебя.

— Было необычно увидеть, что ты с ним разговариваешь. Ты вроде больше любишь рубить людей на куски. — Вы серьёзно заблуждаетесь. Меня просто заинтересовали его глаза... Это глаза того, кто умирал не один раз. — Хм, непоня-я-тно как-то. Но если Вильгельм ван Астреа, демон клинка, говорит так, ему достанется непростой путь.