Георгий Иванович Чулков

Какая тишина! И птицы, И люди — всё молчит кругом! Лишь звёзд лохматые ресницы... И запах роз... И мы вдвоём... И чем больней воспоминанье О суетных и грешных днях, Тем властней странное желанье На неизведанных путях. И кажется, что злые муки - Весь этот бред, и этот ад, Твои лишь крошечные руки Прикосновеньем исцелят.

Какая в поле тишина! Земля, раскинувшись, уснула. Устав от солнечного гула, От хмеля терпкого вина. И я дремал, забыв, что ярость Страстей мятежных не прошла. Что не распутать мне узла, Завязанного мной под старость.

Душа ущербная, как ночь слепая! По меркнущим следам поводыря, Ты, нищая, бредешь, изнемогая, В предчувствии таинственном горя.