Владимир Львович Британишский

В существовании весны уверясь, Я лесом шел, очки напялив розовые… Я потерял в лесу весь день сегодняшний, Но мы зато с весною снова свиделись. — День потерял? А ты людей догонишь ли? — Я догоню! Ты не сердись, действительность!

Дождик был совсем как паутина: Прилипал неслышно к волосам, По пути береза приютила — На ветвях и листьях повисал. На поля и рощи, даже близкие, Все-таки хватило не на все. Роздал ветер тоненькие брызги — Приложенье к утренней росе. Зашуршали травы, солнцем выжженные, Языками старыми, Заскрипели травы разобиженные Тонкими суставами.

То, что скрадывается давностью, Застарелой привычкой, бытом, Раскрывается только дальностью И в разлуке живёт раскрытым.

Те, кому удавалось Порадоваться и помучиться, После кого оставалось Слава, а не имущество… Не хлебом-солью кормили — Им раны солью солили. Но в тоннах архивной пыли Мятеж их не потопили! Страстные и упрямые, Не робкие, не смиренные, Создали песни и драмы, Воздвигли башни и храмы На водах Днепра и Сены, Украсили своды и стены Флоренции и Сиены…

Вдруг весной пахнуло ранней, Захлестнуло песней птичьей, Словно день сегодня банный, И пора бы стать нам чище! <...> Ветер бросит полотенце, Волосы взлохматит, Спеленает, как младенца, На руки подхватит. Хочет с солнцем подружиться Тело лёгкое моё, — Солнце на плечи ложится, Словно чистое бельё…