Виктория Роа | 995 цитат

Самое большое счастье, по-моему, у каждой девушки свое. Одна девушка будет счастлива от работы куртизанки, а вторая от ежегодного рождения ребенка. Кто-то счастлив денежными пополнениями, а кто-то покупкой новой вещи. Говорить, а уж выбирать что-то одно, не может никто.

Не понимаешь? Женщинам это не дано.

Такая нежная и по-детски невинная. Несмотря на всю ее невинность, вызывает она во мне далеко не интерес чистой любви.

Естественность — ее достоинство, глаза — зеркало ее души, дрожащие губы — знак ее покорности.

Она считала, что с таким отношением к святому дому ее можно приписать к числу фанатиков.

Никто не понимал одной вещи – почему такая женщина, как Елена, предпочла церковь, а не людские развлечения. Что есть в молитвах, чего нет в нежных поцелуях страстных рыцарях или крепком эле? Сестра Елена никогда не отвечала на этот вопрос.

Тонкие пальцы ее рук заставляли кричать далеко не одну женщину, а вилка еретика в ее сумке, как и колодки и даже цепи не могли не внушить страха, хоть обычно она и пользовалась одной лишь вилкой. Почему? Видимо так и шрамы остаются, да и смотреть взглядом полной власти проще сверху вниз.

По утрам ее пшеничные волосы нежно растрепаны и лежат дугой на мягкой подушке, а свет раннего рассвета ласково играет на ее очаровательном лице. Чуть сияют ее пухленькие щечки в лучах света, а серые глаза… ее серые глаза…они словно понимают все, все прощают и принимают твои молитвы. Аккуратный носик и эти тонкие бровки, которые за все время уже не разжимаются из эмоции печали. Узкие, тонкие губы редко улыбаются, но если это происходит, то монахиня становится одной из самых красивых женщин. Все ее пышное тело скрыто за черной рясой и никому раскрывать его она не будет. Такова ее клятва. Сестра Елена никогда не жалела о своем выборе, ибо так она чувствовала себя в безопасности и не боялась никого, ибо знала, что с ней Бог и вместе с ним она сможет вытерпеть любой удар судьбы и любых злых людей.

Сердце молодой женщины всегда разрывалось внутри от боли, которую оно принимало от обиды за брошенных женщин и от боли за тех, кто горел на костре лишь за свое существование.

Что в нем? Что в нем такого? Почему я должна чувствовать себя мороженым и таить в рожок?

— Думаешь, что он чокнутый? — Думаю, что он ненормальный.

«Львиный характер» — пронеслось в моей голове и я поймала себя на мысли, что как бы львы ни были хитры и смелы, но при сильном враге они пятятся назад, но когда их несколько, то нападают, как положено.

Я видела ее зареванные голубые глаза, исхудавшее нервами тело, и мне становилось страшно. Боюсь просто представить, что творится в душе этой несчастной женщины. Я не смогла выдержать ее грусти, печали.

Мой день начался достаточно необыкновенно. Вокруг моей фиалки на подоконнике витала ярко-фиолетовая бабочка. Так продолжалось целый день, и я решила назвать ее «Принцесса». Я не знаю, какая у нее порода, но уверена, что королевская.

Увы, большинство нашего населения страдает симптомом «похмельного» или, правильнее сказать, «опохмельного» понедельника.

Если говорить о преданности, то я сразу вспомню своего отца. Он, как верный ее слуга, готов и на край света уйти, и, если только она попросит, то и звезду с неба достать, а про свернутые горы я вообще молчу.

Он любит маму, как божество, и я много раз слышал, как он любит ее сравнивать с приближенной к Богу. Хотя я и отношусь к религии прохладно, но приближать человека к святым — сверхлюбовь.

Что же касается мамы, то она, как школьница, любит отца на людях, но стоило ей оказаться за закрытыми дверьми с ним, как ведьма внутри нее пробуждалась, а похоть выходила наружу, и тогда, видимо, она становилась собой, но только в глазах моего папы.

Жить в семье, где ты единственный чадо — роскошь, которую дает нам как семья, так и судьба. Что же ты можешь поделать, если помимо своего первенства ты еще и любим этой семье.

Те, кто имели честь видеть, как их женщина ловит ласки, как воздух те поймут, как не хочется торопиться и угождать лишь своим позывам животного инстинкта. Это не просто войти внутрь лоно любимой женщины, нет. Это желание почувствовать ее всю.

Любовный акт мог продолжаться вечно, как и их пламенный, постельный танец для двоих. Когда задействуешь в этом танце любви все возможности, каждый нюанс, то и двойной потом яркого фейерверка не заставит разочаровываться.

Яблоневый запах, исходящий от ее тела, сводил его с ума. Ему хотелось зарыться в него с головой, ощущать всем нутром и верить, что именно такой фимиам царит в райских Божьих садах его рая.

Да, она чувствовала себя рядом с этим мужчиной лучшей. Она знала, что, несмотря на его вздорный характер, скверные манеры, он тот, кого можно назвать крепким плечом. Он – ее демон, ее любовь, ее боль, слезы, ее наслаждение и ее смысл жизни.