Анаис Нин

И пришел день, когда риск остаться бутоном стал страшнее, чем риск расцвести. =============== Приходит время, когда боязнь остаться в бутоне оказывается более болезненной, чем страх расцвести.

Существует совершенство во всем, что не может нам принадлежать.

Мы путешествуем — некоторые из нас вечно — в поисках других мест, других жизней, других душ.

Люди ищут не истину, а иллюзию, с которой они могут жить.

Тоска и холод. На мне словно написано: «убита своим прошлым».

Была потрясена, как ребенок, узнавший, что у каждого из нас только одна жизнь. И мне кажется, я захотела компенсировать это умножением опыта.

Все, что помимо свободы, полной свободы, есть смерть.

Мечта всегда бежала впереди меня. Догнать её, пожить хоть мгновение в унисон с ней — это было чудом.

Меня постоянно изводит образ множественности моих «я». Иногда я называю это богатством натуры, в другие дни мне представляется, что это болезнь, такая же опасная, как рост числа клеток при раке.

Каждый человек предаёт другого, потому что должен быть верным своей душе.

Реализм обрушивается на меня лавиной. Слишком много, слишком много действительности.

Жизнь сжимается и расширяется пропорционально твоей храбрости.

Я никогда не даю себе обещаний на Новый год. Привычка строить планы, заниматься самокритикой и реформировать жизнь — это слишком много работы на один день.

Любовь никогда не умирает естественной смертью. Она умирает, потому что мы не знаем, как пополнять ее источник. Она умирает из-за безрассудства, из-за ошибок, из-за измен. Она умирает от болезней и ран, она умирает от утомления, от увядания, от потускнения.

Как ошибается женщина, ожидая мужчину, который создаст мир её мечты, вместо того чтобы взяться за это самой!

Жизнь выкристаллизовывается в шаблоны, которые становятся капканами и паутиной. Люди хотят познать друг друга в их первичной «сути» или «форме» и выработать соответствующий ритм. Им очень трудно признать изменения в любимом существе, увидеть становление личности. Но даже если такое случается, все равно невыносимо трудно изменить ритм. Сильные обречены быть сильными, слабые – слабыми. Мутация – болезненный процесс. Попытки бегства случались часто, это было бегство вслепую, бегство от мертвых отношений, фальшивых отношений, фальшивых ролей, иногда даже от своего глубоко запрятанного «я», потому что самое трудноодолимое препятствие заключено в признании его. Вся наша эмоциональная история напоминает историю паука и мухи с дополнительным трагическим содержанием, потому что муха помогает плести паутину. Нередки преступления. В отчаянии люди разворачиваются на сто восемьдесят градусов и убивают друг друга. Определить причину преступления и поймать преступника невозможно. Потому что нет очевидной жертвы. Это всегда похоже на самоубийство.

В сущности, есть лишь один вид психической ненормальности — неспособность любить.