Рабы Майкрософта

Это словно, ну… когда спишь с кем-то, совершенно не знающим, что делать в постели, но уверенным в том, что он настоящий мачо; и вот он скребет тебе одну и ту же часть тела, думая, что нашел твою «Волшебную Точку», чем на самом деле ужасно тебя раздражает.

Рай — это когда ты влюблен, и любовь никогда не перестает. И ощущение близости никогда не прекращается. Рай — это чувствовать близость любимого вечно.

Подарки, сделанные своими руками, опасны, так как обнаруживают, что у тебя слишком много свободного времени.

Компьютеры учат нас тому, что нет совершенно никакого смысла запоминать все. Уметь найти необходимое — вот что важно.

Полагаю, что если человек находит шутки о месте запятой в десятичной дроби, отделяющей целое от дроби, смешными, то он воистину зануда.

Люди без жизней любят тусоваться с людьми, у которых тоже нет жизней. Таким образом, они формируют жизнь.

Мы пытаемся решить, что нам действительно нужно в жизни в противоположность тому, чего мы просто хотим.

Если ты знаешь о мире много, то это знание четко проявляется на твоем лице. Вначале осознание может быть пугающим, потом привыкаешь. Иногда это обескураживает. Но, на мой взгляд, оно может сбить с толку только тех людей, которые обеспокоены тем, что узнают слишком много и слишком быстро. Чрезмерные знания о мире способны сделать тебя нелюбящим и, возможно, нелюбимым.

Раньше меня очень волновало мнение других людей о том, как я провожу свою жизнь. Но недавно я понял, что большинство людей слишком заняты своими собственными жизнями, чтобы уделять кому-то еще даже скуднейшую мысль.

Итен сказал, что случайность — это самая удобная стенография для описания закономерности, которая превосходит то, что мы можем удержать в умах. Отдаться на волю случайности — самое трудное решение, которое только может принять человек.

Прикольно смотреть на то, как твои друзья выходят из себя. Особенно, когда они свирепствуют именно на то, что является прямой метафорой их личности.

Если мне предстоит прожить год, то я хочу, чтобы его ценность действительно ровнялась году. Я не хочу, чтобы он казался мне месяцем. Все, что я делаю, — это ради того, чтобы время снова «ощущалось» как время — чтобы казалось длиннее. Я насыщаю свое время до предела.