Менада и ее сатиры

Что-то неуловимо изменилось вокруг, в самых своих основах, а мелочи остались прежними, и вот именно это является самым ужасным: так после смерти близкого человека особенно поражает, что лампочка в подъезде, запачканная побелкой, горит все тем же тусклым светом.

Людям бы ужаснуться самим себе, прекратить рожать, чтобы жизнь на этом клочке земли вовсе прекратилась: остановились заводы, изнасиловавшие небо вздыбленными жезлами труб, ржавые грузовики перестали вязнуть в непросыхающей грязи дорог, лодки пошли ко дну под матерщину неопохмеленных харонов. Пусть бы все вокруг превратилось в чистую, честную пустыню, или заросло горькой полынью. Но люди продолжают наказывать нежеланных потомков рождением, и те будут влачить на берегах отравленной реки полужизнь, пока не испустят свой последний вздох. Но до этого, до этого... они обречены искать любви.

Она давно выработала профессиональную глухоту, иначе ей не справиться с ее работой.

Тебе позволено обладать лишь красотой кружевных штанов, да и то, если хватит денег на покупку, вот и знай свое место! Будь послушной девочкой, дорогуша, и тогда жизнь отнесется к тебе снисходительно, не таращись на звезды, гляди на витрины с товаром, это нужно для твоей же пользы, потому что безопасно, идиотка!

Чтоб выжил день, убивают звезды.