Илья Масодов

Чёртовы подсолнухи… Чёртовы подсолнухи, милые цветы зла.

Бритва очень нравится Соне, ибо о такой бритве она всегда мечтала, с удобной пластиковой ручкой и острым лезвием, чуть покрытым ржавчиной, похожей на засохшую кровь. Такая бритва режет хорошо, оставляя своим прохладным лезвием тонкие полосы острой боли. Да, Соня предпочитает убивать быстро и жестоко. Не нужно забывать, что наставницы её, жизнь и смерть, тоже грубы, как торговки детской печенью.

Дыхание находится выше сознания.

Ты не должна дышать, моя радость, если хочешь стать вечной.

Снежинки — это падающие звёзды, которые, приближаясь к земле, становятся, вопреки законам перспективы, лишь тусклее и меньше.

Все там, ниже земли, черное, нет там места свету, там прячет природа только то, что уже не нужно и должно стать бесформенной мертвой нефтью будущей жизни, и еще тех, кто трудится над разрушением формы, поедая погребенным руки, рты и глаза.

Растения лучше животных, они на смерти сразу расти начинают, без всякого переходного нэпа, превращают труп в цветы свои крошечные.

Л. И, очень не любит, когда касаются её лица, она даже мужу своему, А. Г., не позволяет трогать свое лицо, потому что оно означает для неё ЗЕРКАЛО ДУШИ.

Хотелось блевать, но блевать не пищей, а скорее сущностью своего внутреннего я — вывернуть себя наизнанку, избавиться от мерзости бытия, исторгнуть самое себя… Хотелось исчезнуть.

Небо разверзается надо мной, и нет в нем ни рая, ни ада, только бесконечная скорбь смерти. Смерти простой и не страшной, состоящей только из струй крови и хруста ломаемых хрящей. Смерти обыденной, как секс, который тоже пугает в детстве, пока не вырастаешь, и не становится понятно, что тем, чего ты боялся, занимаются все.