Ilze Falb

Идеальный атеист не принимает на веру ни Библию, ни Докинза.

Если анекдоты — заемное остроумие, то книги — заемная мудрость.

«Вы все говно» — сатирический минимализм.

Существует два типа людей: 1) личности, 2) сборники цитат.

Необходимость почувствовать себя счастливой и любимой в праздники есть только у тех, кто в остальные дни чувствует себя несчастной и ненавистной.

— Я сложный человек. — Сложный человек — это Ницше. А ты просто сволочь.

Сначала люди строят башни из слоновой кости, а потом хотят стать ближе к земле.

Слишком красивое слово «плагиат». Достаточно просто: ворчество.

Женский принцип в отношениях: хочешь потрахаться — придется «потрахаться».

Черный ворон в ад летит и пипиську теребит.

Существует два вида дешевой порнографии: обнажение тела на камеру и обнажение ничем не примечательных мыслей и переживаний на весь интернет.

Настоящие «зомбоящики» — гробы, а не телевизоры.

Суть профессии стилиста проста: бесплатно наградить Вас комплексом неполноценности, а затем — за скромную плату — избавить от него.

Раньше в светском обществе были дамы полусвета, а теперь все светское общество — полутьма.

Если все время ломать систему, останутся одни руины.

Очень трудно спорить с человеком одного пола, возраста, расы и религиозных убеждений: столько дополнительных аргументов пропадает!

Для некоторых девушек фраза «не стесняйтесь своих пышных форм» звучит как для карлика «не стесняйтесь слишком высокого роста».

Либерализм по-христиански: никто не смеет отнимать у вас вашего права катиться в ад.

Меня терзают смутные соседи.

Внезапный приступ благородства Вчера мне не давал заснуть. Отдал я беднякам одежду... Иду и мерзну.

Осуждение — это плохо, поэтому я всегда осуждаю тех, кто осуждает других.

Буддист реинкарнировал в христианина и потерял колесо сансары.

Что ни говори, а истинная вера — ислам. А как еще объяснить почему людей инстинктивно тянет жрать после захода солнца?

Я выставляю свою личную жизнь напоказ, чтобы мной все восхищались, но она никого не касается.

— Я бухаю как Есенин, матерюсь как Пушкин и изменяю жене как Толстой. — А застрелиться как Маяковский не хочешь?