Иван Андреевич Крылов

Лето красное пропела; Оглянуться не успела, Как зима катит в глаза.

Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит тот кукушку.

Не бойсь, минуты не потратим, И возик свой мы не свезем, а скатим!

При составлении договора об аренде квартиры Крылова заставили подписать обещание: в случае пожара по его вине он обязан заплатить владельцу 60 000 рублей. Иван Андреевич приписал к указанной сумме еще два нуля и со словами: «Мне все равно. Ни той, ни другой суммы у меня нет», — поставил подпись на документе.

Крылов слушал оперу, а его соседом оказался какой-то меломан, забывший, что в театре он не один (притопывал в такт музыке, подпевал певцам — одним словом, мешал слушать). — Безобразие! — сказал довольно громко Крылов. — Это относится ко мне? — оживился сосед. — Ну как вы могли такое подумать, — ответил ему Крылов. — Это относится к тому господину на сцене, который мешает мне слушать вас.

Как-то раз на прогулке Иван Андреевич встретил молодежь, и один из этой компании решил подшутить над телосложением писателя, которого, очевидно, не узнал. Молодой человек сказал: «Смотрите! Какая туча идет!» — и немедленно получил ответ. Крылов посмотрел на небо и добавил саркастично: «Да, и вправду дождик собирается. То-то лягушки расквакались».

Про жизнь пустынную, как сладко ни пиши, А в одиночестве способен жить не всякой: Утешно нам и грусть и радость разделить. Мне скажут: «А лужок, а тёмная дуброва, Пригорки, ручейки и мурава шелкова?» - «Прекрасны, что и говорить! А всё прискучится, как не с кем молвить слова».

Не тот счастлив, кто счастьем обладает: Счастлив лишь тот, кто счастья ожидает.

Отставку Белке дали, И точно, целый воз орехов ей прислали. Орехи славные, каких не видел свет; Все на отбор: орех к ореху — чудо! Одно лишь только худо - Давно зубов у Белки нет.

Кого нам хвалит враг, в том, верно, проку нет.

Вам пояснить рассказ мой я готов: Не так ли многие, хоть стыдно им признаться, С умом людей боятся И терпят при себе охотней дураков.

А мой бедняжка соловей, Чем пел приятней и нежней, Тем стерегли его плотней.

Нередко от того погибель всем бывает, Что чем бы общую беду встречать дружней, Всяк споры затевает О выгоде своей.

О сколь блаженны те державы, Где, к подданным храня любовь, Монархи в том лишь ищут славы, Чтоб, как свою, щадить их кровь!

Мы корни дерева, на коем вы цветете, Красуйтесь в добрый час! Да только помните ту разницу меж нас, Что с новою весной лист новый народится, А если корень иссушится, - Не станет дерева, ни вас.

Что сходит с рук ворам, за то воришек бьют.

И в дальний путь такой пускайтеся не вдруг, Что б ни сулило вам воображенье ваше; Но, верьте, той земли не сыщете вы краше, Где ваша милая иль где живет ваш друг.

Потом, как водится, мир вечный заключить До первой ссоры.

Какую б бы выдумать преступнику им казнь. Их есть и тысячи; но опытами знают, Что все они людей от зла не отучают.

Завистники на что ни взглянут, Подымут вечно лай; А ты себе своей дорогою ступай: Полают, да отстанут.

Какой порядок ни затей, Но если он в руках бессовестных людей, Они всегда найдут уловку, Чтоб сделать там, где им захочется, сноровку.

Иному до чего нет дела, О том толкует он охотнее всего, Что будет с Индией, когда и от чего, Так ясно для него; А поглядишь — у самого Деревня между глаз сгорела.

Быть сильным хорошо, быть умным лучше вдвое.

В ком есть и совесть и закон, Тот не украдёт, не обманет, В какой бы нужде ни был он; А вору дай хоть миллион - Он воровать не перестанет.

На воеводство был в лесу посажен Слон. Хоть, кажется, слонов и умная порода, Однако же в семье не без урода; Наш Воевода В родню был толст, Да не в родню был прост.