Кейси Уэст

Я засмеялась: — Сыграем в «Двадцать вопросов»? — Как это отразится на нынешней ситуации? — Я могла бы угадать твои предпочтения. — Мои предпочтения в поцелуях? Я кивнула, наши лица всё ещё разделяли дюймы. — У меня просто предпочтение: ты.

Мне кажется, мы так долго шли к этому поцелую. Думаю, не важно, каким он окажется, я всё равно тебя разочарую.

— Он дружил с этими парнями со времён начальной школы. И все они стали спортсменами. А он стал... — Не говори, — предостерегающе сказал он сестре. — Немного странным. — Она это сказала.

Мне не нравится фраза «Я в порядке». Мама говорит, что эта фраза является самой частой произносимой ложью в английском языке. Хотя я и так это знал. После сегодняшнего дня трудно быть в порядке.

— Садись, — сказал он, глядя на меня. — Ты до сих пор думаешь, что можешь на меня повлиять? — Мне не нравится фраза «Я в порядке». Мама говорит, что эта фраза является самой частой произносимой ложью в английском языке. Хотя я и так это знал. После сегодняшнего дня трудно быть в порядке. — Хейден, я ценю то, что ты сделал для меня сегодня. Очень. Но прямо сейчас я действительно не могу об этом говорить.

— Садись, — сказал он, глядя на меня. — Ты до сих пор думаешь, что можешь на меня повлиять? — Мне не нравится фраза «Я в порядке». Мама говорит, что эта фраза является самой частой произносимой ложью в английском языке. Хотя я и так это знал. После сегодняшнего дня трудно быть в порядке.

— Ох, Джиа. Привет. — Ты знаешь эту великолепную девушку? — изобразил удивление Спенсер. — Знаю. Она пришла со мной. — Везунчик. Чем такой обычный парень, как ты, привлёк такую девушку, ведь она явно не твоего поля ягода? — Думаю, всё дело в моём очаровании. Спенсер повернулся ко мне: — Ты согласишься с таким мнением? — Он достаточно очаровательный. — Хм. Думаю, во мне очарования больше. Ив, которая в конце концов присоединилась к нам, усмехнулась: — Между очарованием и нахальством есть разница, Спенсер.

— Странная ты. — Эй. — Мне нравятся странности. Обычность скучна. — Точно. — Проблема в том, что я — сама обычность. Возможно, он просто узнал обо мне самое интересное из того, что во мне было. Я не Ив. Хотя не то чтобы это меня беспокоило.

— Странная ты. — Эй. — Мне нравятся странности. Обычность скучна.

Выше нос. В воде есть и другая рыба. Это большой океан. Иногда нужно поймать и отпустить нескольких, прежде чем попадётся тот, кого стоит удержать. Просто продолжай плавать.

Я хихикнула: — Ого! Я действительно могла бы потянуть резину и свести тебя с ума. Изабель взяла меня за руку и сжала её: — Но ты этого не сделаешь, потому что в долгу передо мной за помощь. — Верно. Большое спасибо. — Мне не нужна твоя благодарность. Мне нужна остальная часть истории. Рассказывай.

И почему Кейд не мог пойти к Саше на День благодарения? Он не мог мучить другую семью?

Тебе кажется это смешным, потому что это случилось не с тобой.

— Тебе кажется это смешным, потому что это случилось не с тобой. — Мне кажется это смешным, потому что у меня есть и свои истории, Эшли. Ты не единственная в этой машине, у кого есть братья, сестра и странная мама.

И я осталась на дорожке в одиночестве наблюдать за учениками. Они болтали и смеялись. Изабель зря переживала. Я прекрасно чувствовала себя в одиночестве. Иногда я даже предпочитала его всему остальному.

Удивительно, что могло произойти, позволь ты себе открыться новому.

Вот оно, определение пытки – любить кого-то, кто всего лишь хочет быть твоим другом.

Просто странно, когда убеждение, в которые ты верила всю жизнь, внезапно подвергаются сомнению.

Мы не можем позволять парням определять, кто мы. Ты должна сама понять, кто ты, прежде чем начать с кем-то встречаться.

Подожди, я разве дала тебе выбор? Нет, конечно, ведь ты все равно сделал бы неправильный.

— Иногда я чувствую себя старше своих лет. Вот и все. — Я тоже. Именно поэтому мы все это и начали. Чтобы веселиться. Чтобы перестать волноваться об ожиданиях, возложенных на нас, и понять, чего мы сами хотим от жизни.

В жизни мне довелось увидеть много сломанных кукол. Некоторые со сломанными пальцами, другие с оторванными конечностями или пробитыми черепами. Но ничто из этого не сравнится с тем, какой разбитой чувствую себя я.

— Мы сказали Тику, что ты приглашаешь его в магазин. — Вау, как это мило с моей стороны. И почему же я это сделала? Скай улыбается. — Потому что после того, как он тебя поцеловал, ты была сражена. — И поэтому я не разговаривала с ним две недели? Потому что была сражена?

– На заметку: Кайман очень хороша в сарказме. – Если ты делаешь заметки для официального документа, я хотела бы, чтобы ты заменил слово «очень» на «исключительно». Его глаза загораются, но улыбка все же не затрагивает его губы. Кажется, он считает меня забавной. Хотя мама всегда говорила, что парней мой сарказм лишь отпугивает.

За деньги нельзя купить хорошее первое впечатление...