Торнтон Уайлдер

Есть земля жизни и земля смерти, а мост между ними — любовь.

Жизнь — смех слабоумного в темноте.

Справедливость основывается на понимании всех обстоятельств.

Время только кажется быстро текущей рекой. Оно скорее неподвижный, бескрайний ландшафт, а движется взгляд, его созерцающий.

Чем скверней было на душе у Брекенриджа Лансинга, тем громче похвалялся он своими удачами.

Мы охотно замалчиваем недостатки ближних, если это не грозит нашему благосостоянию и не обесценивает собственных наших достоинств.

Лишь много позже к ней пришло понимание, что прекрасное существует не для того, чтобы обладать им, но чтобы смотреть на него и радоваться красоте.

Птенец, вылупившийся из яйца в темном чулане и сроду не видавший гнезда, когда придет пора гнездования, безошибочно примется за дело.

Голод уродует одного, но закаляет другого.

Написать о них людям, которые считают их чем-то будничным, значит поставить под угрозу собственное ощущение чуда.

Роджер давно усвоил себе истину: меньше расспрашивай, больше узнаешь.

Охота отнимала много времени, но у нас всегда найдется время для занятий, которые нам по душе.

Мужчины без женщин могут жить и в пещере.

С Роджером произошло еще нечто для него необычное. Он разговорился.

Не путайтесь под ногами. Я вас не знаю. Мне некогда — тороплюсь жить.

Нет никаких особых провидений, мистер Толланд, есть только человеческая смекалка.

Люди, испорченные неразумием, слепотой в страстях своих родителей, калечат потом собственных детей; из-за наших ошибок страдают и уродуются наши дочери и сыновья? Так, звено за звеном, тянется бесконечная цепь поколений.

Доктор Маккензи лишь пожимал плечами; для него христиане, магометане, буддисты — все были одинаковы, все пресмыкались над идолами в чаянии незаслуженных благ.

Не может быть счастлив по-настоящему тот, кто не изведал ужаса.

Просто на самом дне и деньги уже не имеют цены.

Горе всегда сильнее там, где к нему примешиваются укоры совести.

Легче найти истинную веру у старухи уборщицы, что скребет на коленях полы в общественном здании, нежели у епископа, восседающего под балдахином.

Человек этот был ей незнаком, но она уже не первый раз убеждалась, что помощи и защиты нужно ждать от мужчин, а не от женщин.

Все мы живем в оковах, и каждый из нас надевает оковы на ближнего.

Правда, в коридорах постоянно пахло капустой, но запах капусты не так уж неприятен для тех, кто всю свою жизнь провел в нищете.