Андрей Кисляк

— Уделите мне пять минут. — Хорошо, я тебя слушаю. — А скажите... Вы можете жить без хоккея? — К чему сейчас этот вопрос? — Просто ответьте: да или нет? — Нет, не могу. — Вот и я не могу. — Андрей... — Пожалуйста, не перебивайте. Я когда нихрена не видел знаете, какая картинка у меня всё время перед глазами была? Вот эта вот коробка. Ни мама, ни папа, ни жена, а вот эти обшарпанные борта. Мне каждую ночь лёд снился. Я просыпался, открывал глаза, а там ничего. Пустота. И тогда я сказал себе, что вернусь. — Андрей, для чего ты мне это сейчас рассказываешь? — Я хочу играть, Сергей Петрович, а не ползать по льду, как пенсионер. Вы считаете, что своим отказом мне здоровье сбережёте? — Да, я так считаю. — Ну хорошо, стану я юристом. Отращу пивной живот, вот такую вот задницу отъем. Это что, мне здоровье прибавит? — Почему сразу пивной живот? — Потому что я буду ненавидеть свою работу. Вы когда-нибудь занимались нелюбимым делом? Нет. Потому что хоккей — это ваша жизнь. Вы даже мёртвым на лёд приползёте. — Андрей, я тоже был травмирован. — Мне честно жаль вас, правда. Но у меня руки и ноги целы. Вы же видите — я в форме. Пожалуйста... Дайте мне шанс. Я вас очень прошу. Умоляю.

— Идём в буфет. — А там что? — А там wi-fi свежий, только завезли.

Свежий воздух — это хорошо, особенно, если есть, с кем подышать.

— Слушай, Бакин, не только ваши родственники хотят матч посмотреть! — Ну да, есть же ещё и ваши родственники. — Что?! — Говорю: спасибо руководству за заботу!

— Кислый, отвали от него! — Чё, приказ, что ли? — Просьба.

Три раза одевал, один, когда мерил, ты чё?

— Кислый, пошёл ты! — Пойдёшь ты, а я поеду.

— Ну чё, девчонки, где ваш папа? — Папа здесь, доча.

— Вы чё шутите, что ли? — Когда я вижу вас на льду, мне чё-то смеяться не очень хочется.

— А чё показывают? — Мультики про медведей. — Молодец, Кисляк, ты очень точно подметил... Именно мультики, потому что на хоккей это вообще-то мало похоже.

Скажи я на Марсе... Воду ищу...

Ну какой это парень? Это Эдик.