Бак Сигер

— Мой инстинкт подсказывает, что он имеет на тебя виды. — В отношении видов ты специалист.

— О чём ты думал?! Я спрашиваю: о чём ты думал, когда так бесцельно бродил по лесу? До Рождества меньше недели! И, между прочим, когда ты будешь учиться летать? Как будто у меня других дел нет! Это моё первое Рождество. Я буду в красной шубе — большой Санта Клаус! И мне нужна помощь, Бадди! Если в сани запрячь семь оленей, они не полетят, а если сани не полетят, то и Рождества не будет. Не будет Рождества! Вбей это себе в свой маленький олений котелок! Подумай: ты живёшь рядом с обычными оленями, они не умеют летать... Что скажет папа? Что? Нет, Бадди, ты можешь летать. Можешь, поверь. Поверь Нику. Ты можешь летать, Бадди, — тебе не хватает сообразительности. Тебе нужен старт с разбега, вот и всё! Всего лишь прыжок с разбега. Смотри: шаг — шажок — шаг — шажок — прыжок. Делаешь шаг — и прыжок. Как в «Лебедином озере». Шаг — шаг... — Ставлю двадцать долларов, что он ударился головой и впал в детство.

— Охота, добыча животных... Бак, я ненавижу всё, чем ты занимаешься! У тебя в любом деле корыстный интерес. — Я не корыстолюбив! Я обещал тебе, что закончу большую охоту — и я сделаю это. Для тебя. И взамен прошу лишь поужинать со мной. — О боже! Ты не сдвинешься, ты упрям, как скала! Ты меня не слушаешь! — Я приехал на несколько дней. Мы можем поваляться в медвежьих шкурах у камина... — Для медведя со спущенной шкурой это звучало бы забавно. — Ладно, если хочешь, завернёмся в картофельную шелуху. Мне всё равно. Только вместе. — Читай по губам, Бак: фиг.

— Прекрасно выглядишь. — Ладно, хватит. — Ну слушай! Это же Рождество! Почему мы не можем быть друзьями? — А когда мы были друзьями? — Сейчас и начнём. Мы можем стать больше, чем друзьями.