Барбара Гордон (Оракул)

Нельзя быть героем и думать только о себе.

— Я — Барбара Гордон, новый коммисар полиции. Моя мечта — объединить силы полиции с Бэтменом. — Что?! — Было бы здорого! — Что за бред ты несёшь?!

— Он ушёл. Он тебя ранил? — Хватит играть в хорошего и плохого копа. — Нет-нет-нет-нет. Видишь ли, ты должна разговорить меня. Потянуть время. Дождаться Бэтмена. Этому он тебя обучил, да? — Мне нечего сказать тебе. — Я говорил часами. Потому что я знал, да? Бэтмен спешил, чтобы спасти меня. Ублюдок позволил мне говорить... В конце концов, не осталось поводов для разговора. Так что поверь мне — ты не можешь рассчитывать на то, что Брюс тебя спасёт. — Брюс?! — Ммм, да. Пугало не знает — это наш маленький с тобой секрет. Вот тебе еще один: Бэтмен любит играть в героя, Барбара, и он очень в этом хорош. Не пойми меня неправильно, но всё это лишь прикрытие: он не хочет спасать жизни, он хочет наказать виновных... Он будет присматривать за тобой. Или попытается. Но, когда время придёт, когда ему придётся сделать выбор между тобой и миссией, он выберет миссию. И так каждый раз. — Ты ошибаешься. — Посмотри мне в глаза и повтори это. — ... Джейсон?... Джейсон, это неправильно! — Это справедливость! Он бросил меня! — Он потерял тебя! Оплакивал. Вернись домой... — Я не могу! Ты не знаешь, что сделал Джокер, Барбара. Он выпотрошил меня и наполнил ненавистью... — Джейсон, мы сумеем всё исправить... — Я не могу ничего исправить! Теперь я знаю, что нужно делать. Я соберу всю эту боль и черноту и обличу в пулю, а затем вгоню её Брюсу промеж глаз. — Джокер мёртв, Джейсон. Ты хочешь отомстить человеку, причинившему тебе боль? У тебя еще есть шанс. Вернись в особняк, позволь помочь тебе. Не дай Джокеру одержать верх... — Как Альфред? — Он скучает по тебе. Как и все мы.

— Запись пациента: Гордон, Барбара. Сессия один. Очнитесь, мисс Гордон. Очнитесь! Вколи ей дозу. — ... Я уже очнулась, ублюдок. — Хорошо. Кто прячется под маской Бэтмена? — Вот придёт он сюда, сам у него и спросишь. — Благодарю, мисс Гордон. Я уже стал бояться, что мой любимый метод допроса не будет необходим. Вы знаете, почему я ношу эти шприцы на руке? — Потому что ты псих? — Обычно я распыляю свой токсин в виде аэрозоля. Это эффективно, но не так чисто. Теперь же ужас, заключенный в концентрированную дозу, разносится прямо по кровотоку. Это просто... прекрасно. Конечно, и причиняемый вред при этом сильнее. — Закончил болтать? — Да. Но ты только начала. Когда мой токсин разрушит стену между твоим сознанием и твоими подавляемыми, бессознательными кошмарами, ты заговоришь. А когда эти страхи уйдут, они заберут с собой это жалкое неповиновение. — Ты всё ещё болтаешь. — Очень хорошо.