Дэйв

— Знаешь, что они должны сделать? Мы должны взять нашего Бога, а они своего. Столкнём их друг с другом, тогда на свете будет меньше убийств. — Бог один, Толли. — Что? — Мусульманский Бог и Бог Христианский — это один и тот же Бог. — Один и тот же? Ты уверен? — Да. — Так значит, ему молятся и те, и те... а он позволяет им убивать друг друга? — Да. — Я не понимаю...

— Они не шутили, сейф конкретный. Это Кармэн Дейл. Образца 1910. Сделан из той же стали, что и Титаник. — Ого, справишься? — Видишь в чем штука, эта сталь плохо переносит холод. Помнишь, что натворил айсберг? — Да, он убил Ди Каприо. — Он всех убил. — Не, старушенция выжила, и брюлик в океане утопила.

— Я знаю, мы ни в чем не соглашаемся… — Это преуменьшение года.

— Почему ты так ненавидишь себя? — спросила Эми. — Если бы на свете жил другой человек, во всем похожий на меня, я ненавидел бы его с такой же силой. Так к чему двойные стандарты?

Назвать человека неисчерпаемым — значит попросту дать определение любви.

— Мы заставили весь мир исчезнуть. — Вот именно! Мы Боги! — Жаль, что только мы все равно умрем…