Эллисон Арджент

— Выглядит, как будто ты знаешь, что делать. — Играла в боулинг с отцом. А ты когда последний раз играл? — На... Дне рождении. — Ммм. — На восьмилетие.

— В любом случае, он уехал... Только представь, американский оборотень в Лондоне. Это же катастрофа. — Так значит, у вас всё? — А пошла бы я тогда на двойное свидание? Да, это двойное свидание! Но не оргия же! Переживёшь.

– Братья? – Близнецы.

– Тебе известно, каково это? Быть лучшим игроком в команде... быть звездой... когда каждый человек на стадионе скандирует твоё имя. И потом... какой-то парень... вдруг появляется какой-то парень, и все начинают смотреть на него, а не на меня. Ты знаешь, каково это? – Нет, не знаю. – Это такое чувство, словно... словно у тебя что-то украли. И ты чувствуешь, что должен сделать хоть что-то. Что угодно, чтобы всё вернулось на свои места. – А разве ты не знаешь, что в команде нет «я»? – Да, но есть моё.

– Готов? – Да. – Нервничаешь? – А по мне заметно? – Совсем нет. – Ну что, нервничает? – Ещё как. – Кстати, я вас слышу. Причём очень-очень хорошо.

— Разве ты не помнишь то чувство, когда ты стоишь, и видишь его в другой стороне зала, и не можешь вздохнуть, пока вы не рядом? Разве ты не помнишь, как не могла перестать смотреть на часы, потому что знаешь, что за дверью кабинета тебя ждет он? — Нет. — Как это ты не помнишь? У тебя же были парни. — Ничего такого не было.

— Я здесь, чтобы спасти своего лучшего друга. — А я — чтобы спасти своего. — А мне просто не хотелось делать домашку.

— Они не позволяют мне его увидеть, потому что я не его семья. Я сказала им, что у него ее и нет. — Ну, у него есть мы.

— Ты пытался меня поцеловать. — Нет, совсем нет. — Тогда что ты пытался сделать? Ударить меня головой? — Ладно, может я и пытался поцеловать тебя.

— Я не удовлетворена. — Сексуально?

— Что ты здесь делаешь? — Думал, ещё одна пара глаз тебе пригодится. — Ты умеешь читать на латыни? — Нет. Но я могу смотреть на картинки!

— Ты правда считаешь, что это поможет? — Я знаю, что если ты будешь думать, что это не поможет, то так всё и будет.

— Пообещай, что никому не расскажешь о том, что сейчас произошло. — Я пообещаю, что никому не расскажу о том, что сейчас произошло, если кто-нибудь объяснит мне, что, чёрт возьми, сейчас произошло!

— Если уж мне нельзя запирать дверь, ты могла бы хотя бы стучать. — Я чему-то помешала? — Только моим урокам... моей жизни, моему счастью, желанию жить...

— Я не хочу быть одним из тех подростков, которые смотрят на своих отцов и говорят: «Ненавижу тебя. Вот бы ты умер!» — Но? — Но... ненавижу его. Вот бы он умер!