Иван Журавлев

— Ты хочешь обратно в СССР, да? Где «железный занавес»? Где маршируют все на митингах? Где дефицит? Отлично... — Слушай, я не понимаю, зачем ты сгущаешь краски? Почему именно в СССР? И, вообще, с чего ты решил, что где-то там будет лучше? И где, кстати, — там? — В штатах. Кира, по европейским меркам, мы с тобой ещё люди даже не среднего возраста. Давай уедем, начнём всё сначала, отдадим Артёма в нормальный колледж. — Иван, это всё слова! Ты хочешь стать таким же, как наши общие знакомые — вечно озлобленным эмигрантом, который сидит ежедневно в сети и выискивает, что ещё такого плохого случилось в России? Смакует все эти подробности с единственной только целью, чтобы оправдать свой отъезд! Видите, что происходит!? А я вам говорил, что нужно валить!

— Просто надоело это двуличие чёртово... Сегодня ты пишешь статью о коррупции, о людях без чести и без совести, а завтра с ними же на презентации ты пьёшь шампанское, потому что они же приличные люди. Главный девиз — и вашим и нашим. И при этом все умудряются оставаться приличными, «рукопожатными» людьми. — Вообще-то, это называется светским обществом. — Это у нас называется светским обществом, а в другой стране это называется лживым дерьмом! — А ты много знаешь про другие страны? — Ну конечно, куда мне! Я же из Челябинска! <...> — Послушай меня, радость моя, забудь, что ты «пацанка» из Челябинска, если хочешь хоть как-то устроить свою жизнь в Москве. Главное, чему здесь надо научиться — компромиссам. — Компромиссам? То есть твоё желание усидеть на двух стульях со мной и с твоей женой — это не скотство, это компромисс?

— Боитесь, что на вас «контора» обидится, да? — Обижаются, Ванечка, только бывшие жены и домашние животные, а на Лубянской площади дом один дробь три такими категориями не рассуждают.