Кэлвин Уэрфилдс

Категория: Кэлвин Уэрфилдс

— Люди не появляются из неоткуда! — А она появилась! — Как? — Я не знаю, это любовь, магия!

— Я пытаюсь сказать, что писать о ней, как будто реально проводить с ней время. — С кем? — С девушкой. О которой я пишу. Я ложусь спать лишь с одним желанием это проснуться и начать писать и быть с ней, как будто я влюбился в неё. — Это же прекрасно! — Не дело влюбляться в вымышленного персонажа. — Почему? — Потому что она не настоящая! — Ты уверен? — Она чертов продукт моего воображения!

Это правдивая и живая история моей невероятной любви. С надеждой, что она не прочтет и не попрекнет меня, я поменял много деталей. Её имя, место и дату рождения, шрамы и родимые пятна. Все равно я ничего не смогу исправить. Сказать ей, что я сожалею о каждом слове, что написал, дабы изменить её. Сожалею о многом. Я не замечал тебя, когда ты была рядом. А когда ты ушла, я вижу тебя повсюду. Кто-то увидит здесь волшебство, но любовь это и есть волшебство. О «Над пропастью во ржи» говорили: произошло редкое чудо литературы. Из чернил, бумаг и воображения был создан настоящий человек. Я не Сэлинджер. Но я был очевидцем редкого чуда. Любой писатель сможет подтвердить: случается такое редкостное счастливое состояние, когда слова приходят не от тебя, а проходят сквозь тебя. Она сразу была цельной личностью. Мне же просто повезло поймать её.

— Руби Спаркс. Двадцать шесть лет. Выросла в Дейтоне, Огайо. — Почему в Дейтоне? — Звучит романтично.

Просто мне очень сложно осознать реальность происходящего. Что ты здесь. Что это по-настоящему. Это невероятно.

— Увидев тебя, я подумала: «Вот он, этот парень, и я буду любить его вечно... вечно... вечно...» — А что если я тебе надоем? — Этого не будет. Я обещаю.