Лев Давидович Бронштейн

— Все угнетённые стремятся к свободе и справедливости. — Вот право слово, вы евреи и революционеры не знаете русского народа, но притом всё время пытаетесь его от кого-то спасать и освобождать. Русский народ освобождать нельзя, иначе внутри души его поднимется такой мрак, который поглотит весь мир и первыми — освободителей. Русским народом можно только управлять, для его же собственного блага. — Даже если это так, зачем избивать? Избивать человека, который итак пойман, ожидает суда с законным наказанием? — Ну а как же иначе управлять людьми? — Личным примером, ведя к идеалам справедливости. — Вы блаженный? Да коли пристанет вам с вашей-то натурой прожить ещё хотя бы пять лет, вы уж точно поймёте, что управлять людьми можно единственно — страхом. Страх лежит в основе любого порядка. Лучше избить одного незаслуженно на глазах у всех, нежели потом избивать каждого, кто потеряет страх и устроит хаос. — А вам не кажется это бесчеловечным? — Конечно... Я ведь облечён властью. Невозможно вершить судьбы людей, оставаясь для них человеком.