Ливия Сопрано

— Эй, мама! Цветы для тебя. — Я ещё не умерла. К сожалению, для некоторых.

— В чем смысл жизни на планете, на земле? — Да кто сказал, что у всего смысл должен быть? Мир — это джунгли. И вот тебе совет: счастья от жизни не жди. Не будет его. Все будут тебя обманывать. И в итоге каждый умирает сам по себе. — В каком смысле? — Нет никакого смысла, и ты никакой не особенный.

— Я немного устал. — Тебе всего тринадцать. Ты слишком молод, чтоб уставать.

— Они отправили тебя к психиатру? — Ага. — Окончательно рехнулись! Что за чушь? Это же чисто еврейский рекет. — Ну папа тоже ходит. — Да никуда он не ходит. — Нет ходит. — Нет, не ходит. — Нет ходит. — К психиатру? — Ага. — Да никуда он не ходит. — Да ходит. — Что ты такое говоришь? Это же смешно. — Это правда. Я слышал, они с мамой про это говорили. — Зачем ему психиатр? — Бабушка, можно я возьму грушу? — Он ходит, чтобы поговорить о своей матери. Вот зачем он туда ходит. Говорит обо мне, жалуется... Она не делала этого, она делала вот это.