Энтони «Эй Джей» Сопрано-младший

— Я понимаю, тебе сложно поверить, но еда не решает все проблемы. — Нытье и сопли вообще-то тоже.

— Что именно случилось? — Ничего. Люди живут своей жизнью, будто она особенная. Смеются. И никто даже на секунду не задумается о том, что действительно важно. — У тебя снова депрессия? — А как иначе?

— В чем смысл жизни на планете, на земле? — Да кто сказал, что у всего смысл должен быть? Мир — это джунгли. И вот тебе совет: счастья от жизни не жди. Не будет его. Все будут тебя обманывать. И в итоге каждый умирает сам по себе. — В каком смысле? — Нет никакого смысла, и ты никакой не особенный.

— Я немного устал. — Тебе всего тринадцать. Ты слишком молод, чтоб уставать.

— Господи! С ней вообще невозможно разговаривать! — Ты что, блядь, издеваешься? Да ты ей ноги целовать должен. Если бы не она, я бы тебе ещё в детстве с одного удара все молочные зубы повышиб.

— Они отправили тебя к психиатру? — Ага. — Окончательно рехнулись! Что за чушь? Это же чисто еврейский рекет. — Ну папа тоже ходит. — Да никуда он не ходит. — Нет ходит. — Нет, не ходит. — Нет ходит. — К психиатру? — Ага. — Да никуда он не ходит. — Да ходит. — Что ты такое говоришь? Это же смешно. — Это правда. Я слышал, они с мамой про это говорили. — Зачем ему психиатр? — Бабушка, можно я возьму грушу? — Он ходит, чтобы поговорить о своей матери. Вот зачем он туда ходит. Говорит обо мне, жалуется... Она не делала этого, она делала вот это.

— Ты что, звонок не слышишь? — У меня игра в разгаре. — Доиграешься, блядь! Не поумнеешь, окажешься на улице.