Мария Синз (Maria Thins)

– Друзья и родственники! Наш уважаемый гость, господин Ван Рейвен! Мы собрались сегодня не только для того, чтобы отпраздновать благополучное рождение, во славу Бога, маленького Франциска, но также порадоваться другому рождению… Новому шедевру руки моего приёмного сына Иогана Вермейера… – Это индийский жёлтый… Высушенная моча священных коров, выращенных на манговых листьях… Вы запечатлели мою жену в высушенной моче! – Это был точный цвет. – Выдающаяся работа, да?.. – Я не могу больше ждать, господин Ван Рейвен… Господи, скажите же нам наконец, что вы думаете? – Это хорошо… Цвет и перспектива правдивы, иллюзия великолепна… Вся эта замечательна работа для моей дорогой Эмили. Почему? Почему её всегда изображают задумчивой?

– Ах эти девочки! Ребята скоро будут виться вокруг вас, как мухи. Если бы я был на несколько лет моложе. – Вы во всём знаток, господин Ван Рейвен! Но вы должны быть верны одной госпоже, среди других… Искусству!... Почему ваше имя известно, как одного из самых великих ценителей искусств? С вашим утончённым вкусом, вашим острым пониманием аллегории и аллюзии. – Нет, нет, нет, прекратите, прекратите! Боже мой, женщины! Вы можете продать скисшее молоко корове! Чего вы хотите? – Групповой портрет.