Музыкант

Теперь нет плохих. Это слишком большая роскошь — быть плохим.

— Неужели тебе не обидно, что у тебя такая жизнь? — нахмурилась Саша. — Мне обидно, что строение позвоночника не позволяет мне задрать голову вверх и посмотреть на того, кто ставит эксперимент, — отозвался музыкант.

— Пора! На сцену! — Нет... он только... он мной не командует. — Но... он скомандовал. — Знаю. Я разрешил.