Наталья Седова

— Я глубоко убеждён, что никто не вправе указывать женщине, как ей стоит распоряжаться своим телом. Всё это мораль прошлого, а я стремлюсь к будущему. — Выходит, будущее, о котором вы мечтаете — аморально? — Женщина сама будет решать — кому должно достаться её тело. Её тело, её чувства... И если при полной свободе выбора, она всё же решит, что будет принадлежать одному единственному человеку — ну, по крайней мере это будет искренней, чем вся эта лживая мораль.

— Вы так смотрите, как будто хотите сжечь его. — А я готов. И не только его одного — всех. — А меня вы тоже хотите сжечь, Троцкий? Молчите? А мне кажется, я вас поняла... В вас живёт маленький обделённый ребёнок, которому чего-то не досталось — ума, обаяния, воли, и ради своей мелкой обиды, вы готовы уничтожить всех, кто лучше вас. Да? — Вы потакаете своим грязным порокам, обрекая других людей на нищету и унижения. Людей, работающих в поте лица, чтобы выжить самим и обеспечить вас этим протухшим лоском. И вы считаете себя лучше их? Нет, это вы дети, спрятавшиеся здесь от настоящей жизни. Но шторм уже близок. И когда он обрушится на вас, вы очень сильно удивитесь, как долго вам удавалось обкрадывать всех этих людей.