Пароль

А хвастуны пускай остерегутся: Кто хвастает, не избежит никак, Чтоб где-нибудь да не попасть впросак. (Общая участь всех хвастунов: рано ли, поздно ли, а все таки непременно попадешь впросак.)

Девственность — это престарелая щеголиха, разряженная в пух и прах, в причёске, каких уже давно не носят: она вертится при дворе, да не ко двору пришлась. Девственность вышла из моды так же, как вышли из моды броши и зубочистки. С возрастом улучшается только вино, но не девичьи щечки.

Восхвалять девственность — всё равно что осуждать собственную мать, а это уже просто срам. Девственницы ничем не лучше самоубийц, и их надлежало бы хоронить за церковной оградой как закоренелых преступниц против законов природы. Девственность, подобно сыру, порождает червей, которые разъедают её; она гибнет, пожирая сама себя. Не говорю уже о том, что девственность отличается сварливостью, высокомерием, ленью, а более всего себялюбием, каковое есть страшнейший из смертных грехов.

Не в сохранении девственности мудрость природы. Наоборот, потеря девственности приумножает её достояние: ведь ни одна новая девственница не может появиться на свет без того, чтобы ради этого не была утрачена девственность.