Тодд Бротцман

— Знаешь, Тодд, я давно кое-что понял. Оглядываясь, перестаёшь видеть, что впереди. — Хочешь сказать, прошлые сожаления не дают мне наслаждаться настоящим? — Нет, я правда не вижу, что там, когда смотрю назад. Поэтому круто, что со мной ты. Вдвоем нам видно всё с двух сторон.

― Болезнь нервной системы. Вынуждает мозг неверно воспринимать внешние импульсы, из-за чего ты страдаешь галлюцинациями, которые ощущаются взаправду и чаще всего вызывают боль. ― То есть… получается… ― Вода на руках может жечь как огонь, любая обувь казаться испанским сапогом, а вдыхая воздух, словно тонешь. ― Сожалею, даже звучит жутко… Но так любопытно. ― Ага, только очень трудно не бояться всего на свете. Но у Тодда было также, и он поправился. Главное принимать лекарства и правильно питаться. ― А почему ты все-таки сидишь дома? ― Что? ― Ну если болезнь в тебе самой… Какая разница, где ты находишься?

― Какого хрена?! Ты же сказал, что подождешь в машине. ― Я соврал... Заметил, как я подкрался? Это все ниндзя-тренировки в ЦРУ. ― Чего? ― Прости, опять соврал.

— И давно ты его помощник? — Три дня. — Три дня? — Ну, четыре. — Я думала, вы много лет вместе таскаетесь. — С чего ты взяла?... Хм, ясно. Нет. Мы едва знакомы, и я его ненавижу.

— Не выйдет. План не сработает. Это очень плохая идея. — Ерунда! Это наша возможность получить ответы. — Он же в нас стрелял. Вдруг он взял пистолет с собой? — Ага, именно поэтому я взял его [достает из кармана складной нож]. — И как это нам поможет? — Что всегда говорят о тех, кто приходит с ножом на перестрелку? — Что это… глупо? — Разрази меня гром, так вот что это значит!

— Ты хоть одно дело в жизни распутал? — Еще бы. Кучу. Ну... достаточно. Ладно, несколько. Была беготня с одним диваном. Казус с Тором. — С Тором? — Ага, он и близко не так красив, как болтают.

— У тебя в квартире я нашел совершенно дискредитирующую улику. — Что ты нашел? — Ни-че-го. — Но... — Все в мире связано. «Ничего» тоже связано.

— Как ты здесь оказался?! — В окно влез. Очевидно же. Ты бросаешься на всех, кто сюда приходит? Очень странное хобби... Но каждому свое. — Нельзя же вламываться к человеку в дом! — Естественно, можно. Я же вломился.