Труффальдино

Для двух господ придется мне Быть расторопней и проворней. Зато заплатят мне вдвойне, И за двоих меня накормят.

А я смогу, — а он такой, А я упрямый, — он такой. Я — Труффальдино из Бергамо. Я такой, — Он Труффальдино из Бергамо.

Как вам только не лень В этот солнечный день В жаркий солнечный день Играть со смертью? Дьявол только и ждёт, Кто из нас попадёт Как индюк попадёт На этот вертел. А ну, давай, давай, хозяин, насмерть биться. Ну что зажмурил ты глаза? Он сам боится. И грудь выкатываешь ты вперед напрасно И шпагой попусту махать весьма опасно. Смотри, не стал бы этот бой последним боем. Но, что я вижу, что случилось, что такое? Противника мы шпагой оглушаем, И снова, как обычно, побеждаем!

— Малый ты боевой! Мне как раз вот такой, Расторопный такой слуга и нужен! — Это дело по мне. Нынче слуги в цене. Коль сойдемся в цене, Так мы послужим!

Ну и дела, как дальше жить? Тут быть скандалу непременно. Еще никто не мог служить Двум господам одновременно!

Как вам только не лень, В этот солнечный день, В жаркий солнечный день Играть со смертью? Дьявол только и ждёт, Кто из нас попадёт, Как индюк попадёт, на этот вертел!

А ну, давай, давай, усатый, тверже шпагу! Куда ты пятишься, чудак? Назад ни шагу! Вот этот выпад мы с тобой отбили ловко, У нас отменные уменья и сноровка. Вперёд, коли его, усатый, я с тобою, Но что я вижу, что случилось, что такое? Усатого противник поражает... А я всегда за тех, кто побеждает!

Ну что ж давай, давай, давай поближе, толстый! Таким приемом заколоть меня не просто. Ну что же ты остановился? Ближе к делу! Тебя заставлю поплясать я тарантеллу. Ого, я вижу в первый раз, такой удар особый, Теперь с разбегу заколоть меня попробуй. Счастливый путь в загробную обитель, Под солнцем остается победитель!

Среди забот и в вихре развлечений Я о слуге повсюду буду помнить. Ему давать не буду поручений, Сперва скажу: «Позавтракай, Распони». Пускай война, раненья на дуэли, Чума, любовь, пожар, любые беды... Смогу ли я забыть о главном деле - Сказать слуге: «Дружище, пообедай». Слуге мой дом не хуже будет рая, Другой синьор ему не будет нужен, Пройдут года и даже умирая, Скажу ему, скажу: «Прощай», скажу: «Иди», Скажу ему: «Прощай, иди на ужин».

— Вы поступаете довольно странно. Приезжего обманывать нельзя. Я вас считал хорошими людьми, вы можете ответить мне за это. — Я говорил, что это сумасшедший?! В чём дело, друг мой, кто тебя обидел? — Вы все обидели меня. Вы мне сказали, что бедный мой синьор Распони помер... — И что же? — Что же? Жив, здоров и весел!

— Скажу, уж если вам так любопытно — я господина своего слуга. — Стойте! Но кто же ваш приезжий господин? Ведь есть же имя у него?.. — Ах, Боже! Какая тьма вопросов. Распони, хозяин мой, Распони Федерико. Он кланяется вам. Сейчас он здесь, он ждёт у вас внизу. Меня послал он спросить у вас: позволите ли вы ему войти... и ждёт меня с ответом. Довольно с вас? Угодно знать ещё?

— Как умер? — Умер, что поделать. Умер. — Так, так, хозяин умер. Очень жалко. А я его внизу живым оставил.

— И что они распрыгались как бесы? — Весёленький пролог у этой пьесы.

— Да девушка-то любит ли тебя? — Конечно, любит. Что ж ещё ей делать?

— Из скольких блюд обед мне заказать? — Я думаю, синьору Панталлоне, при скромности его — блюд пять иль шесть.

— Да будь ты трижды проклят! Что за подлость? Бить палкою такого человека! Не нравится слуга — давай расчёт! — Эй, Труффальдино, что ты говоришь? — Бить палкою слугу чужого — подлость! Ведь это оскорбление синьору, которому я преданно служу! — Конечно, Труффальдино, это верно. Прямое оскорбленье мне. И кто ж побил тебя? — Я сам не знаю! — За что ж он бил тебя? — За пустяки! Ему я на башмак случайно плюнул. — И позволяешь ты себя так бить? — И позволяешь ты себя так бить! — Ты даже защищаться не подумал? — Ты даже защищаться не подумал! — И ты меня подвёл под оскорбленье. — И ты его подвёл под оскорбленье! Смерть ему! — Да ты своего хозяина позоришь? Осёл! Тюфяк! Болван! Сейчас за это я от себя прибавлю на орехи! ... — Поистине, служу двум господам и получаю плату от обоих!

— Спасибо. А как гостиницу нашли? — Хорошая, синьор. Постели, мебель и зеркала, и кухня… всё прекрасно. Из кухни запах — просто упоенье! Я говорил с лакеем: очень вежлив.

Кто ж ставит соус в середине? Варвар!

— Жулики вы оба! — Один из нас уж безусловно жулик.

Хороший человек, въезжая в город, находит раньше всяких дел трактир. А мой чудак об этом не подумал. Пожалуйте! Пошёл визиты делать!

А ваши глазки будут мне как пудинг. Пудинг — ангельское блюдо!

— Ну хорошо! Ступай и приведи мне восставшего из гроба мертвеца! — Быть может, он восстал... не наше дело! А что сейчас он жив, вы убедитесь!

— Послушай, друг. — Синьор, я весь вниманье. — Твой господин, он где? — Да как сказать... — Нельзя ль позвать его? — Бегу быстрее лани! — Я жду его. — Смотря кого... — И долго я не собира!.. Я не собираюсь долго ждать! — Вот я и думаю — которого позвать?!

— Поедешь ты со мной? — Куда? — В Турин, немедленно. — Когда? — Немедленно! — Так сразу, без обеда? — Мы можем пообедать. Ну, согласен? — К концу обеда я решу, синьор.