Валентин Павлович Трунов

— Я хотел у вас спросить, зачем вам всё это надо? — Что всё? — Ну вот всё вот это? — Вам права вернули? — Это сейчас не имеет значения. Я могу с вами поговорить по-человечески, а? Ну что, вам трудно сесть ко мне в машину? Я хочу, чтобы ты просто объяснил, зачем тебе всё это нужно? Нет, нет, ты пойми... Понимаешь, я не живу в последнее время, я не живу, я занят мерзостью, понимаешь? Мерзостью! Мерзостью! Я должен заниматься тем, чтобы тебе объяснить, что есть люди, которые живут по иным законам, нежели существуют для других. Ты заставил меня этим заниматься, понимаешь! Ты заставил меня это делать! Я занимаюсь твоим спидвеем, чтобы тебя выгнали из секции! Это же отвратительно! Твоей сестрой, которую я в глаза не видел. Я её не знаю, она — милый человек, может быть. Но я вынужден заниматься этим, потому что ты не хочешь ничего понимать! И на ковре ты стоял, и вызывали тебя, и ругали тебя, и арбуз тебе вставляли — ничего ты понимать не хочешь! Не хочешь понимать! Я должен заниматься этим для того, чтобы тебе объяснить те законы, которые ты и сам прекрасно знаешь! Ты хоть знаешь, как тебя называют-то? <...> — По-разному склоняют. Меня ещё и персонально — Рыжим. Но я знаю, что если я на своём месте такой, а другой на своём месте тоже такой же, и ещё там, и ещё, и ещё, то, может, и будет как надо. <...> Дело в том, что я такой и другим быть не могу и не буду. — Ты правду хоть говоришь-то? — Правду. — Так считаешь? — Так считаю. — Честно? — Честно. — Господи, сколько же у тебя в жизни разочарований-то ещё впереди.

Ты знаешь, как я с женой развёлся? Я домой пришёл под утро, однажды, ночью. Ну ночевать не пришёл. Ничего особенного, встретил — одноклассники, друзья: посидели, выпили, преферанс. Вот... Домой вернулся, а она ничего не спросила, а я ничего не объяснял. А через неделю или, может быть, через две она сама домой ночью не пришла. Причём, она у мамы была, у моей, позвонила, ночью, чтобы я не волновался. Вроде как в отместку. А на другой день мы развелись. Потому что... мне можно, а ей нельзя. И в жизни также. Одним что-то можно, а другим нельзя!

— Среди людей живём, Валя! — Это вот — это люди? Твари! Это вот это люди?! Это вот это люди?! Дерьмо! Все! Ничтожества!

Фирма веников не вяжет, а если вяжет, то фирменные!