Седьмой дух (07-Ghost)

В поражении тоже есть опыт.

Когда человеку дарована жизнь, отец наш небесный говорит всем одно и то же: «Теперь, когда ты можешь дышать — даю тебе три мечты. Ты можешь выбрать три мечты для своей жизни.» И потом, когда все мечты, которые ты выбрал, исполняются, душа вновь возвращается домой, к нему. Конечно, когда человек появляется на свет, он не помнит, что за мечты загадал. Узнать их — вот что делает нашу жизнь осмысленной и счастливой.

Боль, принесённая тобой другим телам, вернётся к тебе болью сердца.

Человеческая жизнь — череда испытаний. Таким образом бог проверяет силу наших уз. Узы — это значит любовь.

Хорошие взрослые никогда не должны отбивать ребяческое желание поиграть.

Чувства не имеют формы, так что очень важно их выражать.

Если ты решил чего-то достигнуть — вложи в это всё, что у тебя есть!

Чем более неприглядны эмоции, тем более ярким сиянием они обладают. Даже если чувства уродливы, когда они принимают некую форму, есть возможность оглянуться назад и подумать о них позже. Любовь не такая. Она гораздо чище и правдивее, излучает свет, и у неё не может быть формы. Любовь чиста, поэтому у неё нет формы. Безграничный свет, способный охватить всё. И человек редко может узреть подобные вещи.

Если ты будешь усиленно отмахиваться от ненависти, то она никогда не уйдёт и останется глубоко внутри тебя, в таком случае лучше дать волю свои чувствам, пока не испытаешь облегчение.

В самом деле, грехи — это нечто зловещее. Но это так же важное препятствие на жизненном пути человека, без которого невозможно совершенствоваться.

Ты знаешь, Гвидо... после твоей смерти я не думал, что еще чего-нибудь захочу. Но даже если я и разрыдаюсь, мир все еще полон боли. Пусть я и буду жить для себя, мир все еще будет пуст. Именно поэтому я и стал Епископом. Уверен, где-то там, в раю, ты не успеваешь даже вздохнуть из-за смеха. «Если никто не протянет руку, это сделаю я».

«Фрау... ты тоже мертв?» Между нами существует, разделяя нас, абсолютный барьер. «Я же говорил тебе. Я — призрак». Телу Фрау грустно и холодно. А вместо сердцебиения внутри пустая и одинокая тишина.

— Я действительно волновался... — Я уже давно мертв. < ... > — ... а в моем мире ты жив.