Альберто Карамелла

Смешались тени, корчась в опасном замкнутом пространстве памяти. Фильм жизни мог бы выиграть, закончись монтаж не так. Украсть монтажный стол... Всё переделать...

Я был незаменимым почтальоном. Все письма адресатам вручены. А если кто-то рвал их, не читая, - Так в этом не было моей вины.

В той стране лунный свет серебрил парашюты тёплых снов, помогая им плавно спускаться. Книга ярких чудес открывала страницы с самоцветами незабываемых сказок. Их читал, от усталости путая буквы, голос над изголовьем из вечера в вечер. Феи, принцы, избранницы сказочных принцев знали роли свои, судьбы переплетались, и при том, что счастливый конец был известен, всё равно каждый раз его ждали как новый. Иногда засыпали, так и не дождавшись белой части страницы.

Я берегу в душе́ твоё дыханье, согретый им как вешним дуновеньем, которое приносит равноденствие в такую ночь, когда всё небо в звёздах, как будто зимние дожди не лили ещё на той неделе.

Хрустальный свет разлит вокруг пригорка. Недавний дождь — почти что оговорка одумавшейся вовремя природы. То, что весна приходит с опозданьем, ей не мешает быть самой собою, мир обновляя. Без посторонней помощи она наложит вето на капризы ветра.

Я мог вообразить себя боксёром. Я падал как подкошенный и снова вставал ответить на удар ударом. Про ветряные мельницы не ведал я ничего ещё, не знал, что можно страдать и умирать не понарошку.