Гилберт Соррентино

...вещи и идеи, что любимы и лелеемы людьми, можно эксплуатировать, обесценивать, растрачивать и уничтожать.

Уже не впервые Род подозревает, что никакого Бога нет. Такого, что любил бы Рода. — нет.

Роду интересно, почему Бог, что сотворил эти звёзды, сотворил и бабулю. Может, бабулю не он сотворил. Может, он и звёзд не создавал. Может, он вообще ничего не делал.

...ад и рай — фигня на палочке, иначе почему священники желают умереть не больше прочего быдла?

Так мир устроен. Бабуля не любит дедушку, дедушка не любит бабулю, они оба не любят мать, мать не любит их, отец — налакавшийся неряха, не любит ни мать. ни бабулю, ни дедушку, ни Марджи Уолш, ни Терри, ни Джо, они все не любят отца, и никто не любит Рода, а Роду на это насрать. Род ненавидит весь этот поганый мир.

Но он уверен, что не умрет. Он не такой хороший, чтобы умереть. Все люди умереть не могут, умирают только везунчики. Ебаные хуевы сукины сыны.

Род знает: людям приходится жить, пока не приходится умирать, и скудно радуется, ибо это означает, что все они умрут. Всем придется умереть.

Род начинает понимать, что мир безжалостно справедлив: мир ни для кого не предназначен, ему на всех плевать, и реагирует он, если до этого дело дойдет, лишь на угрозы, коварство и насилие.