Христиан Моргенштерн

Благоухать я не могу, зато и не увяну, ведь я цвету не на лугу, а около дивана. Ты смотришь на меня, как тать, но брось свои замашки, ведь все, кто мнил меня сорвать, - в смирительной рубашке.

Овечки — тихонькая раса, но обожают волчье мясо. Волк: волчья злоба, волчья стать. Овечка: божья благодать. Овечки блеют, волки млеют и мысль об ужине лелеют. Мясцом отужинав, овца всегда благодарит творца.

Чёрная птичка над миром летает, Так заунывно поет… Кто услыхал, обо всём забывает; Кто услыхал, безутешно страдает, Счастья больше не ждёт. В чёрную полночь присядет порою Смерти на палец она отдохнуть; Смерть её гладит костлявой рукою: «Будь, моя птичка, послушной такою»… Птичка вспорхнёт, продолжая свой путь.

Часы на башнях бьют по очереди, иначе друг друга они перебьют. Христианский порядок, настоящий уют. И приходит мне в голову — в час досуга отчего же народы не друг за другом бьют, а друг друга?

Schön ist eigentlich alles, was man mit Liebe betrachtet. Красивым кажется всё, на что смотришь с любовью.