Марк Нопфлер

Существует столько разных миров и разных звезд. Мы имеем лишь один мир, но при этом живем в разных мирах.

Я не знаю, ли изменится ваше сердце, но время меняет ваше восприятие мира. И вы просто надеетесь, что это даст вам больше сочувствия и всего прочего.

«Музыкальная индустрия» — это термин, который я не использую. Я склонен концентрироваться на музыке, а музыкальный бизнес — это нечто иное.

Я просто хочу иметь возможность играть и делать так, чтобы люди чувствовали себя хорошо от того, чем я занимаюсь. Когда вы думаете в таком направлении, то все может случится. И как правило, случается что-то хорошее.

Каждая песня имеет свой секрет, который отличает ее от другой песни и имеет свою собственную жизнь.

Я не люблю определений, но если и существует определение свободы, то это, когда вы контролируете вашу реальность, можете превращать ее и менять, вместо того, чтобы она навязывала вам что-то.

Рождение песни — это тайна. Песня как бы течет сама собой, а вы только следуете за ней, она как бы является мостом, а вы возводите этот мост и пишете о прошлом.

Музыка — это просто обыденный жизненный опыт, то, что тебя окружает. Она всегда дает тебе понять, как мало ты на самом деле знаешь.

Чего я только ни делал, чтобы играть в какой-нибудь группе. Я шатался по стране с гитарой наперевес, переезжая с места на место — только бы меня услышали. Я помню рождественскую ночь на дороге, которая вела черт знает куда, и была полностью покрыта снегом. Надо очень любить музыку, чтобы жить так.

Вообще слово «друг» хорошо подходит для гитары, не так ли? Она может стать дорогим другом на всю жизнь.

Когда вам чуть больше, чем 25 лет, вы стремитесь работать днем и ночью. Хотя времени все равно не хватает на то, чтобы воплотить все замыслы. Но я стараюсь относиться к этому философски. И если мне удаются хороший концерт, или удачная запись, или новая строчка — я счастлив.

Не люблю музыкальный снобизм. Когда я был ребенком и играл в фолк-клубах, я хотел петь американские песни, но это были английские фолк-клубы, и они не разрешали делать это. Бред собачий. Я думал: «Что за идиотизм, музыка ведь везде музыка!»

Музыка стремится стать средством передачи поэзии.