Джон Стюарт Милль

Если истину не оспаривать, она может выродиться в догму или предрассудок

Один верящий стоит девяносто девяти интересующихся.

Лучше быть недовольным мудрецом, чем довольным дураком; лучше быть недовольным Сократом, чем довольной свиньёй; потому что если дурак или свинья знают только свою сторону предмета, то мудрецу ведомы все его стороны. И поэтому лучше ошибаться вместе с Сократом, чем быть правым вместе со всеми.

Логика есть великий преследователь тёмного и запутанного мышления; она рассеивает туман, скрывающий от нас наше невежество и заставляющий нас думать, что мы понимаем предмет, в то время, когда мы его не понимаем.

Никто не может быть великим мыслителем, если он, как мыслитель, не ставит себе прежде всего в обязанность следовать своему разуму, к каким бы выводам он его ни привёл.

Гений может свободно дышать только в атмосфере свободы.

... Нравственность может быть определена следующим образом: такие правила для руководства человеческими поступками, через соблюдение которых всему человечеству доставляется существование, наиболее свободное от страданий и наиболее богатое наслаждениями, притом не только человечеству, но, насколько это допускает природа вещей, и всякой твари, которая только обладает чувством.

Единственная цель, которая служит оправданием для вмешательства одних людей, индивидуально или коллективно, в деятельность других людей, — это самозащита. Проявлять власть над членом цивилизованного общества против его воли допустимо только с целью предотвращения вреда другим.

Спроси себя, счастлив ли ты, и ты перестанешь быть счастлив.

Существовало ли когда-либо такое господство, которое не казалось бы естественным тем, кто им обладает?

В наш век роскоши мы дошли до того, что нанимаем посторонних людей для совершения за нас добрых дел.

Брак — единственная форма рабства, допускаемая законом.

Жена, не ведущая мужа вперед, непременно толкает его назад.

Люди не хотят быть богатыми; люди хотят быть богаче других.