Николай Филиппович Павлов

Увы! зачем прикован взор, Взор одинокий, безнадежный, К звездам, как мрачный их узор Рисуется вдали безбрежной?..

Не говори, что сердцу больно От ран чужих; Что слезы катятся невольно Из глаз твоих! Твоей души святые звуки, Твой детский бред - Перетолкует все от скуки Безбожный свет. Какая в том тебе утрата, Какой надрыв, Что люди распинают брата Наперерыв?

Она — не ангел-небожитель, Но о любви ее моля, Как помнить горнюю обитель, Как знать, что — небо, что — земля?

Вглядись в пронзительные очи - Не небом светятся они: В них есть неправедные ночи, В них есть мучительные дни. Пред троном красоты телесной Святых молитв не зажигай... Не называй ее небесной И у земли не отнимай!

Она безгрешных сновидений Тебе на ложе не пошлет И для небес, как добрый гений, Твоей души не сбережет; С ней мир другой, но мир прелестный, С ней гаснет вера в лучший край... Не называй ее небесной И у земли не отнимай.

Не говори ни да, ни нет, Будь равнодушной, как бывало, И на решительный ответ Накинь густое покрывало. Как знать, чтоб да и нет равно Для сердца гибелью не стали? От радости ль сгорит оно, Иль разорвется от печали?

И как давно и как люблю, Я на душе унылой скрою; Я об одном судьбу молю, Чтоб только чаще быть с тобою.

Женщина умна, но никогда не бывает умна простодушно: ей все время хочется блеснуть, озадачить.

... нет в природе мускуса, который продолжил бы жизнь умирающей любви.

Признак слабого, — подумал я, — когда он борется с сильным.

Только малодушный и неопытный может ожидать истинного счастия от женщины; женщина должна быть минутною забавой; кто же смотрит на нее другими глазами, кто полагает найти в ней какое-то существо чистое, возвышенное... тот жалко ошибается. Она так слабо сотворена, что у ней недостанет силы прожить целый век с одним чувством, с одной целью.

Человек в минуту упоения всякому рад, всякого принимает в свои теплые объятия.

Сильный характер обнаруживается часто в тесном кругу, под домашнею кровлей; причудливый случай выбирает иногда жертву незаметную, и его поучительные удары падают без свидетелей, посреди тихого семейного быта, как падает молния на путника, застигнувшего бурею в безлюдной степи.

Приглядись к мирному жильцу земли, к последнему из людей: в нем найдешь пищу для испытующего духа точно так же, как в человеке, который при глазах целого мира пронесется на волнах жизни из края в край, кого закинут они на высоту бессмертного счастия или сбросят в пропасть бессмертных действий.