Робер Деснос

Кроме тебя никто звездам наперекор Один на один с темнотой в мираж превращающей мир Кроме тебя никто мой путь не пройдет со мной Чем дальше ты от меня тем больше твоя тень Кроме тебя никто не встретит у моря зарю когда от скитаний Устав из зарослей выйду лесных туда где играет прибой Кроме тебя никто мне на лоб на глаза не положит ладонь Кроме тебя никто я отвергаю ложь я презираю фальшь На якоре мой корабль хочешь руби цепь Кроме тебя никто на борт ко мне не взойдет В клетке изо дня в день медленно гложет орел прутьев Зеленую медь Ему не вырваться нет! Воскресным утром звенит в зелени трель соловья девочки Смотрят скучая как скачет кенар по клетке а на Пустынной улице солнце медленно чертит тонкую Линию на полуденном тротуаре Мы за этой чертой Кроме тебя никто Один я совсем один как высохший плющ на стене Один как стекло на ветру Ты Кроме тебя никто.

Я и в сто тысяч лет еще имел бы силы Тебя, день завтрашний, предчувствовать и ждать. Пусть время тащится, кряхтя, как старец хилый, Я знаю, что оно идти не может вспять. День завтрашний придет. Но ждем мы год из года. Храня огонь и свет, мы бодрствуем и ждем, И наша речь тиха — бушует непогода, И отдаленный гул чуть слышен за дождем.

Когда тронется поезд, не надо махать мне платком, Ни рукой, ни зонтом. Но, наполнив стакан свой вином, ты до самого дна Вслед бегущему поезду Выплесни длинное пламя вина, Чтоб метнулось оно мне вослед, Это терпкое, это кровавое пламя, Которое, словно язык, прикасалось к губам И оставило след над твоими губами.

Я столько мечтал о тебе, Столько шёл, говорил, Так любил твою тень, Что мне от тебя ничего не осталось. Только стать тенью среди теней, Стать в стократ больше тенью, чем тень, Стать тенью, мелькающей вновь, и мелькать в твой солнечный день.

Здесь буду я лежать, и больше негде, под этой кроной. Я здесь срывал и первый вешний цвет Среди гранитных плит и мраморной колонной. Я здесь срывал и первый вешний цвет, Но снова прорастёт трава, вобрав мечты руины, Питаясь телом, что могло бы жить сто тысяч лет. Но снова прорастёт трава, вобрав мечты руины, Но снова прорастёт трава Под тем пером, что счёт ведёт событьям без причины. Но снова прорастёт трава От тех чернил, светлее крови и воды в пустыне: Заветов тщетных, смутных слов звук уловим едва.

В дверь постучи — Тебе не ответят. Вновь постучи — Тебе не откроют. Вышиби дверь — И увидишь тогда, Что путь свободен, И дом свободен, И в дом этот можно Войти без труда. Так и в любви и в жизни бывает. Но не всегда.

Я так мечтал о тебе, столько шел, говорил с твоим призраком, что мне ничего не осталось. И все же лишь быть бы призраком среди призраков и легчайшей тенью теней, что мелькают, и будут незримо мелькать на солнечном циферблате жизни твоей.