Тимоти Стил

Хрупка, чтоб плавать; хлопковое платье Чуть приподнимет, чтоб воды объятье Коснулось ног, чтобы смогла пройти По отмели, где солнце на пути К закату, на песке, в подводном свете Лучей волнистых расставляет сети. И пальцы ног, ступая на песок, За завитком выводят завиток. И сбившись в стайки, рыбья детвора Скользит пред нею вспышкой серебра, А стрекоза, сияя синевой, Легко задев, кружит над головой. Всё, как и прежде: солнце, верный друг, Согреет кровь, коснётся нежно рук, Всё та же сеть мерцает в глубине, Где каждый луч купается в волне, Где плавала средь света и теней Во времена далёких юных дней.

Если рассержусь — да случится рядом Кран с холодной водою; да помолюсь я Божествам Молчанья и Мира (если Есть таковые). Аристотеля да припомню слово: Выход гневу дашь – не избудешь гнева, Он вернётся вновь, обернётся новой Вспышкою гневной. <...> Сколь приятней дымящийся мирно ужин, В меру теплый душ и халат пушистый, И волчком крутящаяся в воронке Мыльная пена. Ибо что такое жизнь, как не разум, Управляющий чувством? Конечно, страсти - Вещь святая, но только ежели в меру И под контролем.