Комета (Comet)

Ночь прекрасна, когда не жарко и не холодно. Когда ничего не отвлекает, когда вокруг все идеально, во всём царит гармония. И ты даже ничего не чувствуешь. И пока ты чувствуешь это «ничего», ты смотришь в небо... и мелькает мысль — «Вот почему». Всё в этот момент на своих местах: все звезды, планеты, и мы, и земля, и клетки, и молекулы. И этот момент и есть причина. Ты умиротворен.

— И всё же ночь прекрасна. Что? — Никогда не понимал, что люди имеют в виду, говоря «ночь прекрасна». Что это вообще значит? — Ну... Для меня... Это значит... уютная, обычная. И очень трогательная. — Точно. Я понял. Как... когда я накурюсь и врубаю «Steely Dan». — Нет, совсем не это. — Не так... больше как... Как... плыть на лодке по тихому озеру, во время захода солнца, или когда солнце... Типа, ты часть природы. — Замолчи!

Я всегда боюсь упустить что-то важное и что-то в тебе непреодолимо меня влечет. Хочу узнать тебя ближе, но это практически невозможно, потому что я ненавижу сходиться с людьми. Хотя я уверен, что ты не такая, как они.

— Ты со мной общаешься только потому, что хочешь меня! — А ты не общаешься со мною только потому, что не хочешь меня.

— Я понял, почему ты встречаешься с такими парнями. Ты не особо придирчива в выборе. Тешишь себя надеждами, что сможешь кого-то переделать. Все это из-за любви. Из-за слабости. Завязывай с этим. — Оу, вау. Ну, спасибо за мнение, незнакомец. Но я верю в любовь!

Он сравнил себя с песней Боба Дилана, а затем меня с песней Бритни Спирс. Тоже не знаю, что он имел в виду, но звучит как оскорбление.

— Я не приглашу тебя на свидание, потому что не верю в любовь. Думаю, все отношения скатываются...в ненависть, безразличие или... Ну, в эти два состояния. — Мои родители вместе уже 32 года. И они любят друг друга. — Неправда. — Нет, правда. — Вовсе нет. Если они еще не развелись, то наверняка просто смирились с тем, что быть порознь лучше, чем быть вместе. Знаешь, меньшее из зол. Сейчас они точно на пике эмоционального выгорания. Возможно, они просто берегут твои теплые чувства.

— Ты чувствуешь себя неловко? Ощущение неловкости? — От неловкости мне хорошо. — А мне от неловкости неловко! — По-моему, это очевидно, разве нет?

— Ну, а что ты говорил? — Ты часто говоришь «ну», это бесит. — Ну и...

О Боже, она красивая. Невероятная. Такая настоящая, и в тоже время такая странная. И одновременно сумасшедшая. Я это чувствую. Прекрасная, безумная и забавная. Боже, она идеальна. И это раздражает... Сильно...

— Я хочу ребенка. — Принял во внимание. — Серьезно. А ты не хочешь? — Когда-нибудь, конечно. Но давай... решать проблемы по мере их поступления, ладно? — Видишь? Делаешь меня несчастной. Как ты это делаешь? Как, объясни?

— ... Я женщина, и да, мы нелогичны. — А, это избитое клише.

— Тебя не волнует, что я с тобой несчастна? — Это шуточки твои? — Я серьезно. — Ты серьезно перешла от фантазий о сексе к тому, что несчастна?

Да, ты красивый, но совсем не оправдываешь ожиданий.

Очевидно, это первое свидание, и я в шоке, что оно вообще случилось. Ничего против тебя не имею. Ты, может, и не плохой парень, что вряд ли, но, кто знает. Ты тот ещё красавчик, и, похоже, был таким красавчиком с самого детства. Это объясняет отсутствие ума и индивидуальности. Потому что тебе редко кто возражал. Теперь ты взрослый, и думаешь, что твои слова имеют...какое-то значение, но на самом деле никакого. Вообще.

— Терпеть не могу Нью-Йорк. Серьёзно. Его переоценивают. — Интересно как? Из-за мостов, культуры...или богатой истории? Точно! Кому оно надо? Всегда можно свалить в Орландо. Там полно фастфудов.

Там тоже есть придурки, уж поверь. Как и везде, разумеется, но редко где встретишь такой наглядный пример.

Это была самая крупная ссора. Начало конца.

— Как ты это делаешь? — Что? — Я тебя год не видела...и буквально сейчас вдруг вспомнила.

Только что уволил своего психиатра. Она оказалась идиоткой. Диагностировала у меня нарциссическое расстройство личности. Сказала, что я очень заблуждаюсь, считая себя самым умным в мире. На что я ответил: «А что, если так и есть?»

Ты хочешь стать врачом и спасать людей. Я прав? Стать лучше тех, кто не смог спасти твою маму. Со временем добрые намерения растают, и все будет ради денег, так всегда случается, и ты станешь черствой, как и все. А потом ты умрешь, скорее всего, от рака. Такова ирония судьбы.

— У тебя с головой проблемы? — Пожалуй. Не волнуйся. Я над этим работаю.