Цитаты на тему «космос»

... Настоящее никогда не теряется в бездне прошлого. Допустим, я излучаю в пространство свое изображение, свои поля – в общем все, что я как космическое тело собой представляю. И сколько бы ни прошло лет, в каком‑то отдаленном уголке Вселенной всегда найдется это мое мчащееся излучение, и оно будет физически воздействовать на встречающиеся объекты. Мое прошлое будет реально существовать в моем далеком будущем!

Укуси меня, Открытый Космос!

Космос глух, как тетерев — чтобы прославиться, нужно пошуметь.

— Вы мечтаете о другом небе. Новое Солнце, новый воздух, новая жизнь, целая вселенная, полная жизни. Зачем тормозить, когда снаружи столько жизни? — Так вы путешествуете. — Постоянно, да. Я развлекаюсь, ну, так хотелось бы, но никогда не получается. — Вы, должно быть, богаты? — У меня нет ни пенни.

Мама, не забывай, это машина времени. Я могу побывать на всех планетах во Вселенной, долететь до самых ее глубин, обогнуть Солнце, а для вас здесь пройдет всего лишь десять секунд.

Дайте объявление: «Пропала комета Елена. Нашедшему будет выдано вознаграждение. В последний раз видна была на небе три года назад, 14 июля. Была открыта шесть лет тому назад заслуженным деятелем науки профессором Тюменевым».

Жители города-гиганта, давно забывшие о существовании неба, вдруг вспомнили о нем. Оказалось, что небоскребы, биржи, акции, люди, сейфы, кино и все прочее летит вместе с Землей в бесконечных небесных просторах, и судьба Земли может зависеть от того, что творится в небе.

Всерьез верить в то, что американцы не были на Луне, могут только абсолютно невежественные люди.

Белые лилии спят на темной воде, Спят лунные кратеры, космоса черные дыры... И ты плывешь сквозь них в темноте, К берегам совершенного мира. Прячет в ладони лицо, Юный месяц — печальный и кроткий, Он ведь знает о том, что твой сон - Самый сладкий и самый короткий, Сон...

Когда я думаю, как много есть вселенных, Как много было их и будет вновь и вновь, - Мне небо кажется тюрьмой несчетных пленных, Где свет закатности есть жертвенная кровь.

Мы отправляемся в космос приготовленные ко всему, то есть к одиночеству, борьбе, страданиям и смерти. Из скромности мы не говорим этого вслух, но думаем про себя, что мы великолепны. А на самом деле, на самом деле это не всё и наша готовность оказывается недостаточной. Мы вовсе не хотим завоёвывать космос, хотим только расширить Землю до его границ. Одни планеты пустынны, как Сахара, другие покрыты льдом, как полюс, или жарки, как бразильские джунгли. Мы гуманны, благородны, мы не хотим покорять другие расы, хотим только передать им наши ценности и взамен принять их наследство. Мы считаем себя рыцарями святого Контакта. Это вторая ложь. Не ищем никого, кроме людей. Не нужно нам других миров. Нам нужно зеркало. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Достаточно одного этого, и он-то нас уже угнетает. Мы хотим найти собственный, идеализированный образ, это должны быть миры с цивилизацией более совершенной, чем наша. В других надеемся найти изображение нашего примитивного прошлого, в то же время по ту сторону есть что-то, чего мы не принимаем, от чего защищаемся. А ведь мы принесли с Земли не только дистиллят добродетели, героический монумент Человека! Прилетели сюда такие, какие есть в действительности, и когда другая сторона показывает нам эту действительность — не можем с этим примириться.

Илон Макс представил свой многоразовый корабль, рассчитанный на сто человек. То есть одновременно в космос могут полететь сто человек, а глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин прокомментировал презентацию Space Ship и сказал, что он «не впечатлен». Мол, неинтересно. Дословно: «Смотрел презентацию, не впечатляет». Ну, конечно же, не впечатлило! Поскольку чем вообще Илон Макс может впечатлить господина Рогозина? Создал какую-то многофункциональную ракету... Сопляк, щенок! Вот если бы Илон Макс мог для каждого запуска брать у государства огромные миллиарды, а запуски при этом не совершать, то господин Рогозин его бы, конечно, похвалил. А если бы он ещё взял деньги на строительство космодрома и, разумеется, ничего бы не построил, тогда бы господин Рогозин сказал: «Вот, Илон молодец! С него нужно брать пример!»

Мне нравится смотреть в интернете фотографии с телескопа «Хаббл». В них настоящий хаос и идеальная симметрия. В них — Бог.

Большинство из нас прячутся всю жизнь.

Если быть совсем честными, межзвездные полеты ни людям, ни другим разумных расам не нужны. Солнечная система способна поддерживать существование триллионов людей — не на поверхности планет, разумеется, но во вполне комфортабельных орбитальных городах. И ресурсов, и энергии в любой стандартной звездной системе тоже хватает с избытком. Если же вести речь о получении научных знаний за пределами домашней системы, то в большинстве случаев с этой задачей справляются автоматические зонды. Единственная причина, по которой люди и другие разумные расы все-таки летают к звездам,  — та, что они могут это сделать.

Юра, мы всё проеХали!!

Мой космос соткан из перламутра. Сегодня тот день, когда он заберёт тебя!

Большинство комет — это просто ледяные шары. Тонны воды и аммиака, замороженные вместе. Ты видишь куски, пролетающие через холодный и бесконечный космос в течение ужасающе долгого времени. В итоге они устают, разбиваются и умирают. Однако в момент, когда они разбиваются и сдаются, кометы попадают в горячую атмосферу и, умирая, светят самыми яркими лучами. Это похоже на любовь. Однажды ты тоже кого нибудь встретишь. Того, кто заставит тебя сиять ярче всего, что существует в мире.

Всем ручейкам молочным Ханаана О Млечный путь ты светозарный брат Ты курс нам указуешь постоянно К туманностям куда сквозь звездопад Летят тела возлюбленных слиянно Существованьем правит рок слепой И подчиняясь музыке небесной Которая звучит сама собой Всю нашу жизнь танцуем мы над бездной По воле бесов властных над судьбой

Когда падают осенние звезды, они скользят одну секунду, две секунды и нет их больше. Но иногда звезда падучая катится, захватывая полнеба, и после нее еще теплится световая полоса. Но вот она погасла, и нет следа ее явления. А иногда — иногда совсем иначе. Падучая звезда пролетела, разорвавшись огромным огненным шаром, и кто-то где-то, потом, совсем случайно и победно, найдет обломок не нашего мира, знак небесных полетов и горений, кусок небесного железа, метеорит. И этот гость иных миров надолго останется с нами, привлекая любопытные взоры. А кто-нибудь с душой тоскующей подойдет к такому обломку, и душе его сразу станет хорошо от сознанья малости здешнего и правды иного, далекого, куда влечется каждая хотящая душа. И тоскующий уйдет от такого свиданья освеженный, ступая по земле, как по звезде.

Черная дыра — это погибшая звезда. Она сжимается внутрь себя сильнее, пока материя не станет такой плотной, что начнет поглощать все вокруг. Свет, гравитация, время — все засасывается внутрь и погибает.

Американцев на Луну доставят «русские хакеры». Они, как известно, могут все.

История всегда повторяется. Первый полёт обращает нас в истинную веру. Первый же. Достаточно постоять здесь пятнадцать минут или полчаса и посмотреть на космос, осознавая, что ты ничтожен, как суетливая мошка. Смотришь на эти чертовски прекрасные звёзды и ловишь себя на том, что ты грохнулся на колени и ревёшь в три ручья. В животе жар, голова кругом. И с тех пор ты навсегда становишься кротким и смиренным.

Космос — неподходящее место для разговоров о любви. Как, впрочем, для любых разговоров. Это всё равно что громко смеяться в огромном соборе или пытаться вальсировать под гимны.