Мне не пришлось изобретать тебя, что в сущности вполне закономерно, твой путь сквозь астероиды и тернии - давно предсказан и отмечен на полях. Который год, столетий семь подряд, не обладая в этом чувством меры, ты появляешься в присутствии наяд и исчезаешь под напутствие химеры... И в том судьба — не воплощаюсь я иным, здесь провидения усмешка, не иначе, как-будто в ранней прозе синий дым, меня загадочный твой образ озадачил... Чужой Париж — за тридевять земель, и корсиканка на столе смешала карты, в них не было тебя, был сладкий хмель, и я ушёл по мокрой лестнице к Монмартру... Декабрь, в венецианском кабаке, где грогом лечатся в табачной мгле поэты, и официантка — вечно «на игле», разлив вино, мне про тебя плела сонеты. Когда мне скалясь предрекал тебя московским вечером юродивый с гитарой, я вышел и бродил по площадям ты в двух шагах была, но ничего не знала... Однажды, я почувствовал твой взгляд весной, в пустом иерусалимском переулке, я выждал время, закурил, взглянул назад исчезла тень, и каблучки звучали гулко... И потому, прошу покорно — не суди, за прозу несовершённую доныне, век на исходе... прост и нелюдим, но мне давно известно твоё имя.
Каталог товаров
